Российская «самобытность» в построении сельского хозяйства.

Вы здесь

1 сообщение

Вопросы задавать можно только после регистрации. Войдите или зарегистрируйтесь, пожалуйста.

Аватар пользователя menegerip
Не в сети
Заходил: 21 час 55 минут назад
: Екатеринбург
Регистрация: 13.08.2008 - 20:46
: 19743

Напомню читателю, очерк об организационном построении сельскохозяйственной отрасли посвящен знаменательной дате - 150-летию со дня рождения великого государственного деятеля России, реформатора Петра Аркадьевича Столыпина. В первой части речь шла об уроках аграрной реформы П.А.Столыпина, которые наиболее полно удается осмыслить через призму научных воззрений тоже великого россиянина - всемирно известного экономиста-аграрника Александра Васильевича Чаянова. В ней был изложен прогноз Александра Васильевича на развитие организационного построения отрасли сельского хозяйства, который базировался на оценке результатов аграрных преобразований 1906-1912 гг., а также на анализе воспроизведения основных идей столыпинской реформы в годы НЭПа (1924-1929 гг.).

В последующих частях раздела была дана характеристика современного построения сельского хозяйства в странах Америки, Европы и Азии. Зарубежный опыт был привлечен к размышлениям о развитии российского сельского хозяйства для того, чтобы полнее оценить фундаментальность, масштабность и перспективность уроков столыпинских реформ и чаяновских предвидений.

Читатели могли убедиться, что во всех частях Света, в странах с разными уровнями развития экономики, с различными культурами и ментальностью жителей организационное построение сферы производства продовольствия и особенно ее базовой отрасли - сельского хозяйства исторически развивалось по схожим схемам, и сегодня имеет много общих характеристик. Фундаментально общее у многообразных национальных агросистем - это то, что начинал выстраивать в России П.А. Столыпин, и что предрекал А.В. Чаянов:

  1. в основании сложных агропромышленных построений, как правило или чаще всего, работают крестьянские хозяйства семейного типа;
  2. конкурентоспособность семейных крестьянских хозяйств в условиях бурного развития сельскохозяйственных технологий достигается не только благодаря особо высокой мотивации работников - членов этих хозяйств, но также вследствие их причастности к крупным производственно-хозяйственным формированиям кооперативного типа;
  3. коммерческие агропромышленные компании («акулы агробизнеса») в процессе вертикальной агропромышленной интеграции чаще всего не вторгаются напрямую в сырьевую стадию сельскохозяйственного производства, не создают свои собственные сельхозорганизации латифундистского типа, а предпочитают сотрудничать с крестьянскими хозяйствами и их кооперативными объединениями на контрактной основе, содействуя их экономическому укреплению и развитию.

Такое широкое совпадение нынешнего зарубежного опыта с сутью уроков Столыпина-Чаянова, конечно, не говорит о том, что зарубежные агрополитики и участники агропродовольственного производства действовали у себя дома по подсказкам Великих Россиян. В каждой стране развитие систем сельхозпроизводства шло эволюционно, естественно, по здравому смыслу. Конечно, имел место и обмен опытом, но в границах экономической целесообразности. Наличие общих существенных признаков или качеств в организационных построениях сельского хозяйства многих стран вряд ли можно истолковать как случайность. Очевидно, существуют объективные закономерности в развитии аграрного производства. Эти общие закономерности и предопределили развитие национальных (разных стран) агроструктур по схожим направлениям и формам. Великой заслугой П.А. Столыпина и А.В. Чаянова стало то, что они, каждый по-своему, прочувствовали, уловили, осознали те общие закономерности и тенденции в развитии мирового агрохозяйства и старались развернуть российский агрострой с учетом всепланетных тенденций.

Необходимо подчеркнуть, что во всех рассмотренных нами странах переход к современным агроструктурам, основанным на симбиозе семейных крестьянских хозяйств и их кооперативных объединений, однажды начатый, доводился в сравнительно короткие исторические сроки до логического завершения. Даже в странах, увлекшихся в XX веке социалистическими экспериментами в сельском хозяйстве (Китай, Вьетнам, Монголия и др.), победили объективные закономерности и здравый смысл. Эти страны в большинстве своем тоже в исторически короткие сроки вышли на общечеловеческую дорогу в развитии агростроя.

В России на родине прославленных реформатора Столыпина П. А. и его научного последователя Чаянова А. В. становление и развитие аграрного строя с крестьянскими хозяйствами в его основании происходило гораздо медленнее, с более крутыми зигзагами и отклонениями, чем в других странах. Достаточно сказать, что на эксперименты по созданию крупных индустриально организованных сельхозпредприятий, основанных исключительно на применении наёмного труда, в США в начале XX века ушло не более 10 лет. В Китае и Вьетнаме этот период поиска и заблуждения оказался более продолжительным - почти двадцать лет. В России такой период растянулся, увы, на 80 лет. К этому необходимо добавить, что преодоление увлеченности крупномасштабной индустриальной организацией сельхозпроизводства тоже оказалось разным во времени. В Китае и Вьетнаме работа по дезинтеграции крупных сельхозпредприятий (коммун, кооперативов, госхозов) была проведена решительно за десятилетний период. В России же даже через двадцать пять лет после принятия государством решений о возрождении частных крестьянских хозяйств с полевыми земельными участками (отличие от ЛПХ с приусадебными участками) можно говорить лишь о затянувшемся начале нового этапа аграрной реформы с крестьянским вектором.

Такая особенность нынешнего этапа аграрной реформы (начатой в 90-х годах прошлого века), ее непоследовательность и медленность обусловлена рядом причин объективного и субъективного характера. Они проанализированы в предыдущих разделах данной книги. О них без повторов мы ещё будем говорить в последующих разделах. Здесь же ограничимся обобщающей оценкой разницы между широкой совокупностью стран с высокоразвитым сельским хозяйством и нашей Россией в использовании научных постулатов всемирно известного российского учёного А.В. Чаянова. В большинстве стран планеты сельскохозяйственные отрасли работают и дальше развиваются в соответствии с этими постулатами, а у нас аграрная сфера работает и развивается не по-«чаяновски». У нас можно говорить пока лишь о потенциальной возможности работать и развиваться по-«столыпински» и по-«чаяновски». В этом убеждает пусть пока небольшой, но реальный «доморощенный» опыт.

Прежде всего, о первом уроке-постулате - о фундаментообразующей роли крестьянских хозяйств семейного типа. Несмотря на все препятствия и трудности в России возник, продуктивно функционирует и развивается крестьянско-фермерский сектор сельского хозяйства. О высокой эффективности производства в фермерских хозяйствах уже говорилось в других статьях настоящего сборника. Нет необходимости повторяться.

Однако фермерский сектор по своим размерам пока очень мал. Россия, оставаясь в плену представлений о своём «особом пути», очень отстала от большинства аграрноцивилизованных стран в развитии современного эффективного фермерства.

Вместе с тем, в России имеются необходимые предпосылки для преодоления сложившегося отставания. Из десятков миллионов работников, занятых в сельском хозяйстве, за двадцать пять лет аграрных преобразований отсортировалось, отобралось для фермерского сектора около двух -трех миллионов крестьян (глав товарных подсобных хозяйств — товарных ЛПХ), которые выдержали тест на сочетание качеств «труженика» и «хозяина». Нужно лишь создать благоприятные экономические условия для превращения возможности в реальность.

Далее о втором уроке-постулате П.А. Столыпина и А.В. Чаянова - о преимуществах скооперированных крестьянских хозяйств над «распыленными». Это касается создания специфической для семейных хозяйств производственно-экономической инфраструктуры.
Российская ситуация полностью подтвердила научное утверждение Александра Васильевича о том, что «распылённые» крестьянские хозяйства не могут быть в большинстве своём успешными, конкурентоспособными. Более 60 процентов, официально зарегистрированных КФХ, малых по своему размеру, не ведут расширенное воспроизводство в основном из-за невозможности реализовывать продукцию по экономически обоснованным ценам. Их «душат» монополисты и коммерческие перекупщики. По этой же причине остаются недоразвитыми сотни тысяч крестьянских товарных подворий.

Но в России появляются и позитивные подтверждения справедливости чаяновских оценок значения кооперирования для успешной работы семейных крестьянских хозяйств. Уже есть примеры формирования и функционирования кооперативных систем обслуживания семейных крестьянских хозяйств.

В этом отношении значительный интерес представляет программа «Семейные фермы Белогорья». Она была запущена в Белгородской области в июне 2007 года, когда стали очевидными глубоко отрицательные социальные результаты «работы» первых агрохолдингов. Ее инициировал губернатор Савченко Е. О. Обретя статус губернаторской программы, она стала средством осуществления принципа многоукладности в сельском хозяйстве. Известно, что Белгородская область была одной из первых в создании агропромышленных холдингов и мегаферм. Здесь раньше проявились не только плюсы, но и серьезные минусы таких формирований. Типичный минус, характерный для сверхкрупных сельхозобъектов, состоит в сокращении количества занятых на производстве без ответственности и заботы хозяев таких объектов о трудоустройстве уволенных селян. С одной стороны, это стало следствием внедрения эффективных технологий, использования более производительных машин. Но с другой стороны, этим наносился удар по сельским поселениям - сокращалось население - люди, особенно молодежь, не находя для себя работы, направились в города. Начались, с одной стороны, депопуляция сельской местности, с другой стороны, переизбыток рабочих рук в городах.

Программа «Семейные фермы Белогорья» имела целью занять высвобождающуюся рабочую силу, сохранить сельское население. Крестьянским семьям предлагалось начать производить сельхозпродукцию, которую игнорировали крупные сельхозпредприятия. Были выделены направления: выращивание уток, кроликов, сбор дикоросов. Позднее добавились подпрограммы «домашнее молоко», «парная говядина». Объемы производства на семью должны были обеспечивать стабильный годовой доход в размере не менее 300 000 руб. Крестьянским семьям оказывалась стартовая помощь, в основном, в форме льготных кредитов.

Важным разделом программы было создание системы производственно-хозяйственного обслуживания крестьянских хозяйств. Перед инфраструктурой были сформулированы две задачи: 1) обеспечить крестьянина-фермера всем необходимым для производства, исключив его непрофильную работу; 2) превратить крестьянско-фермерскую продукцию в конкурентоспособный товар, соответствующий стандартам качества и доступный потребителю. Было намечено в каждом районе области создать сервисные центры, объединенные в единую многоэтажную систему. Первоначально она учреждалась как государственная корпорация с бюджетными инвестициями. Планировалось постепенно ее трансформировать в многоуровневую кооперативную систему, в которой хозяевами-пайщиками становились бы крестьянские хозяйства - участники программы в результате выкупа ими сервисных активов.

Данная программа в Белгородской области успешно реализуется под кураторством областного Минсельхоза и губернаторской администрации. К концу 2014 года программа - система объединяла около 4000 семейных ферм разной специализации. В 21 районе области уже реально работало 150 инфраструктурных предприятий. Правда, реальных кооперативов пока работало менее 20. Остальные имели статус государственно-кооперативных (идет процесс выкупа и формирования кооперативных паевых фондов). В начале 2015 года этой программе в условиях продовольственного эмбарго и в связи с задачей импортозамещения в области был дан новый импульс. Процитирую выступление губернатора Савченко Е. С. на совещании глав муниципальных образований Белгородчины: «Основная поддержка крестьянских (фермерских) хозяйств отныне будет осуществляться через кооперацию. Об этом мы заговорили не сегодня и не вчера, а несколько лет назад. Но мы слишком слабо работали в этом направлении. Да, мы очень много внимания уделяли крупному индустриальному производству. Но «проект» индустриального производства в сельском хозяйстве завершён…а сегодня пришло время производства сельхозпродукции по объёму, сопоставимому с объёмами индустриального производства, в формате кооперативов семейных крестьянских, в том числе фермерских хозяйств».

Другой достаточно масштабный пример по Астраханской области, где сформировалась и успешно развивается комплексная система кооперативного обслуживания субъектов малого агробизнеса. В нее входят кредитные, страховые, снабженческо-сбытовые кооперативы районных и областного уровней. Они не разрознены, а взаимоувязаны организационно и финансово. Крестьянским хозяйствам оказываются разнообразные услуги: предоставляются финансовые займы, поставляются семена, удобрения и химикаты, монтируются и ремонтируются системы капельного орошения, принимается готовая сельхозпродукция, сортируется, упаковывается и поставляется в торговые сети во многие регионы России. Система имеет хорошую материально-техническую базу - сеть современных хранилищ с сортировально- упаковочными линиями. Быстрое развитие этой системы в значительной мере обеспечивается концентрацией свободных финансовых ресурсов крестьянских хозяйств и сервисных кооперативов в едином финансовом центре - кредитном кооперативе второго уровня «Народный кредит». Этому содействует и «своя» кооперативная страховая организация. Важно подчеркнуть, что астраханская система изначально родилась как крестьянско-кооперативная. Но большое значение для ее развития имеет политическая, организационная и финансовая поддержка со стороны региональной власти. Не случайно лидер той системы, председатель регионального кооператива «Народный кредит» Александр Ковбас является советником губернатора области Александра Жилкина. В результате взаимодействия фермерско-кооперативного движения и органов государственной власти уже достигнуты заметные успехи. Удельный вес фермеров в производстве товарных овощей составляет: по картофелю - 60 процентов, по луку - 70 процентов, по бахчевым - 80 процентов.

Охарактеризованные здесь региональные фермерско-кооперативные системы набирают силу и скоро не будут уступать западным и восточным зарубежным образцам эффективного фермерства. В этих регионах развивается модель организационно-экономического симбиоза крестьянских (фермерских) хозяйств и потребительских межфермерских кооперативов. В других регионах России пока имеются лишь отдельные элементы необходимых систем. Но есть надежда на то, что инновационные примеры передовиков станут «заразительными». Уже сейчас в Белгород и Астрахань зачастили делегации аграриев из других областей и республик.

И, наконец, о третьем уроке-постулате — о формах проникновения городского агропромышленного капитала в сферу производства сельхозпродукции (сельхозсырья). С этим постулатом у нас дело обстоит намного хуже, чем со вторым. В мире ныне, как и предвидел А. В. Чаянов, преобладает контрактная форма сотрудничества агропромышленных гигантов с фермерами. В России об этом опыте знают. Но практически он не используется. У нас в стране агропромышленные компании, любовно взращенные либеральными «отцами капитализма», предпочитают выращивать сельхозсырье в своих собственных сельхозпредприятиях, на своих собственных землях. Они создают свои собственные молочные мегафермы, крупные свинокомплексы и птицефабрики. Примечательно то, что даже немногочисленные зарубежные агропромышленные компании, рискнувшие поработать в России, взаимодействующие у себя дома, в своих странах с фермерско-кооперативными системами, в России тоже строят мегафермы. Так поступает даже известная читателю компания «Валио», принадлежащая финским фермерам на кооперативных началах.

Как показало обсуждение этой проблемы на международной конференции (Никоновские чтения в 2010 году), основная причина предпочтения агропромышленными компаниями крупных производителей сельхозсырья (собственных или подконтрольных через холдинги) состоит в отсутствии в стране достаточного количества крепких фермерских хозяйств и сбытовых кооперативов. Сами агропромышленные компании в подавляющем большинстве даже не помышляют об инвестициях в создание и развитие для себя фермерско-кооперативной сырьевой базы. Считается, что это для частного капитала дорого, что это - задача государства. Однако российское государство тоже с этим, как мы знаем, мягко говоря, не торопится.

Выход из создавшегося порочного круга, скорее всего, будет найден на основе государственно-частного партнерства. К такой мысли подталкивает опыт строительства семейных молочных ферм в сочетании с молокоперерабатывающими предприятиями в Липецкой и Тамбовской областях группой агропромышленных компаний «Черкизово». Фермы на 100-150 голов построены на средства компании, а также на субсидированные кредиты из государственных банков, выделяемые в соответствии с программой Минсельхоза РФ «Создание семейных животноводческих ферм на базе КФХ». Готовые фермы передаются в лизинг крестьянам-фермерам, подобранным по конкурсу. Семейные фермы «привязываются» к новым молокоперерабатывающим заводам, которые, по заявлению инвесторов, будут постепенно трансформироваться в межфермерские-кооперативные. Основатель агропромышленной группы «Черкизово» Игорь Бабаев осенью 2013 года заявил на инвестиционном форуме в Сочи, что все восемь молочных ферм, две фермы-репродукторы и два перерабатывающего завода успешно работают. Экономические показатели ферм высокие. Опираясь на показатели себестоимости молока и на размеры получаемой прибыли, специалисты группы «Черкизово» вместе с фермерами спрогнозировали, что инвестиции, вложенные в эти семейные фермы и в перерабатывающие заводы, окупятся за 6,5 - 7 лет, т. е. намного быстрее, чем окупаются инвестиции, вкладываемые в мегафермы. Уже первые годы работы этих семейных ферм раскрыли истоки их экономической эффективности. Это вдвое больший срок продуктивной жизни дорогостоящих коров, отсутствие падежа телят, неизменно высокое качество молока (на фермах смонтированы доильные роботы) и др. Вдохновлённый такими успехами ферм - первопроходцев, И. Бабаев предложил на экономическом форуме «Стратегию» покрытия всей страны семейными молочными фермами на началах государственно-частного партнёрства.

Первый опыт формируется и в вопросе взаимодействия крупных зарубежных агропромышленных фирм с российскими фермерами. Немецкая фирма «Лоренц» (Lorenz Snack — World), несмотря на экономические санкции ЕЭС, решила построить в России, в Тульской области завод по производству чипсов. Если другие подобные иностранные заводы сырьё импортируют в Россию, то «Лоренц» пошла на то, чтобы организовать выращивание качественного картофеля непосредственно в Тульской области. Хозяева фирмы объявили, что намерены по этому вопросу взаимодействовать в основном с семейными фермерскими хозяйствами. Представители фирмы-переработчика вместе с ассоциацией фермерских хозяйств Тульской области (системы АККОР) производят первичный отбор умелых и надёжных фермеров — картофелеводов для последующего заключения контрактов. Фирма обязуется поставлять семена немецких сортов, обеспечивающих качественные характеристики, требуемые технологией производства чипсов, а также предоставление фермерам консультаций по особенностям технологии выращивания картофеля для его переработки именно в чипсы. Особые договора фирма заключает с КФХ, желающими ввести на картофельных полях орошение и строить хранилища. Фирма предоставляет требуемые инвестиции, а фермеры будут рассчитываться с ней картофелем.

В Амурской области рождается опыт контрактного взаимодействия фермерских хозяйств с крупными сельскохозяйственными предприятиями по производству свинины. Схема сотрудничества не сложная. Свиноводческий племзавод-репродуктор продаёт фермерскому хозяйству «молочных» поросят и берёт обязательство осуществлять технологическое и ветеринарное обслуживание. КФХ берётся за откорм купленного поголовья. Для этого ставит (строит) немного утеплённый ангар из бруса и профнастила. Отапливать такой свинарник не надо. Тепло обеспечивается глубокой подстилкой из соевой соломы. Корма использует только свои. Для этого КФХ выращивает ячмень, сою, картофель. Такая технология позволяет добиваться суточного привеса откармливаемых свиней в 600 - 700 граммов. Для получения дохода, приемлемого для средней семьи, достаточно иметь около 1000 голов на один откормочный цикл. По областной программе импортозамещения предусмотрено создание в 2015 году пятнадцати таких откормочных фермерских хозяйств. А дальше - анализ результатов первого этапа программы и её расширение с учётом ошибок и пробелов.

Мы видим, что и третий урок - постулат начинает быть востребованным.
Думается, что и здесь предстоит ускорение. Две причины позволяют так думать. Во-первых, постепенно растёт число региональных руководителей, которые убеждаются в ошибочности одностороннего увлечения гигантизмом в сельхозпроизводстве. Вокруг сверхкрупных сельхозобъектов неумолимо нарастает огромный ком проблем - невозврат кредитов, ветеринарные угрозы, слабая управляемость и недостаток эффективных менеджеров, текучесть кадров и депопуляция соседних сел и деревень. В среде ответственных агрочиновников все шире распространяется размышление о том, что развитие фермерско-кооперативного сектора поможет уравновесить те негативные явления. Во-вторых, высшее руководство страны хотя и продолжает радоваться приросту поголовья и продукции за счёт ввода в строй новых сверхкрупных мегаферм, но всё-таки в последнее время посылает в регионы сигналы о целесообразности активно поддерживать «малый (конкретно семейный) агробизнес». Особенно это стало заметно в условиях эмбарго на импорт продовольствия из Европы и из Северной Америки.

В этом месте ещё раз сошлюсь на пример Белгородской области. Как уже знает читатель, её губернатор Е. С. Савченко много лет активно и плодотворно руководил строительством и развитием крупных животноводческих комплексов и агрохолдингов. Параллельно под его патронажем успешно реализовывалась программа «Семейные фермы Белогорья». Оба направления развития долго, как прямые линии в геометрии Эвклида, не пересекались и не соприкасались. Но в конце 2014 года по разным причинам, в том числе и с учётом сигналов федерального руководства, Андрей Степанович призвал руководителей, работающих в области агрохолдингов, крупных перерабатывающих предприятий и торговых организаций, «выступить интеграторами по развитию и поддержке малых сельских предпринимателей». Похоже, что скоро могут появиться федеральная и региональные программы поддержки крупных агропромышленных фирм, взаимодействующих с фермерскими хозяйствами на основе контрактов.

Таким образом, даже краткий обзор исторических поисков адекватного для России варианта аграрного строя показывает, что Петр Аркадьевич Столыпин в своё время не ошибался, взявшись за активную реализацию в России фермерско-кооперативной идеи. Правдивыми оказались и прогнозы А. В. Чаянова. Они реализованы в подавляющем большинстве стран планеты Земля, включая страны, чье продовольствие ещё недавно переполняло российские продмаги. В нашей стране при всех ее северных и иных особенностях масштабные попытки пойти в развитии сельского хозяйства иным, «особым» путем к значимому и стабильному успеху не приводят. Страна постепенно, противоречиво и зигзагами выруливает со своей собственной тропы на широкую магистраль современной аграрной цивилизации.