Немного общих рассуждений о Гражданском обществе

Вы здесь

1 сообщение

Вопросы задавать можно только после регистрации. Войдите или зарегистрируйтесь, пожалуйста.

Аватар пользователя menegerip
Не в сети
Заходил: 7 часов 43 минуты назад
: Екатеринбург
Регистрация: 13.08.2008 - 20:46
: 19981

После бескровной послепутчевской революции в начале 90-х годов ХХ века в России много говорилось о формировании Гражданского общества как о важном проявлении провозглашенной демократизации общественно-политической системы в стране и одновременно как о действенном инструменте развития, углубления этого процесса. Но то в основном была политическая риторика. За политическими декларациями не следовали дела по реальной широкой демократизации.

Правда, демократические изменения в жизни российского общества происходили. Но они касались лишь небольшой его части - нарождающейся новой экономической элиты. Она (элита), представленная возникшими в одночасье собственниками бывших крупных государственных активов, а также крупными чиновниками, претендующими на участие в дальнейшей приватизации общественного достояния, дорвались до власти и стали использовать ее в своих интересах, камуфлируя свою такую активность лозунгами о спасении, укреплении и развитии всего Отечества.

Что же касается большинства членов российского общества, то они, как и раньше при власти советской элиты, так и ныне - при власти буржуазно-бюрократической элиты плодами демократизации не пользуются, реального улучшения своей жизни в связи с прокламируемой «демократизацией» не видят, не ощущают. И поэтому в народном лексиконе слова «демократия» и «демократизация» увязываются чаще со словами «обман» и «махинации». Поэтому даже серьезные и честные политики, использующие в своих речах демократические словообороты, в гуще народа в современной России не имеют устойчивого авторитета.

А между тем, сами по себе категории «демократия» и «демократизация» не являются выразителями негатива и несправедливости. В принципе, изначально они были антонимами по отношению к понятиям «тирания», «диктаторство», «узурпация», «насилие». Беспристрастный анализ исторических тенденций убедительно показывает, что взрывное наращивание достижений наук и бурное развитие производительных сил на планете в последние 100-150 лет оказались возможными во многом благодаря, а может быть даже в основном благодаря утверждению принципов демократии в человеческих сообществах. Россия не может находиться в стороне от этого общемирового тренда в развитии обществ. Поэтому для того, чтобы сохраниться и не отстать от других стран, идущих в авангарде, Россия должна сама себя демократизировать. Но не так торопливо и поверхностно, как это было в начале 90-х годов прошлого века. Эти сложные преобразования необходимо делать взвешенно, с учетом возможных рисков, а также исторических особенностей и различий в ментальности народов, населяющих российскую территорию. И все-таки двигаться в этом направлении нам важно целеустремленно и неуклонно, без отступлений в привычное имперско-апатичное состояние.

Согласен, что в России на данном историческом этапе нужна не расхристанная, беспредельная, необузданная, а «управляемая» демократия. Но не ее фикция, не игра в демократию. Можно сказать, что в Советском Союзе уже была «управляемая демократия». Люди ее помнят. Возврата к ней страна не выдержит, ее захлестнут и затем разрушат революционные волны. Нам необходима демократия созидательная.

Летом 2014 года в связи с украинскими событиями и усложнением геополитической обстановки Президент России В.В. Путин заявил, что несмотря на нарастающие угрозы и вызовы, в стране не намечается «закручивания гаек» в общественно-политической жизни, что при решении задач по укреплению российского суверенитета и сохранения территориальной целостности власть будет опираться на институты «Гражданского общества». То есть миру был послан важный сигнал, что при нарастающих трудностях российская власть не откажется (как в 30-х годах прошлого столетия) от демократических принципов, а наоборот будет, выдерживать удары судьбы и продвигаться вперед.

Похоже, посыл был важный и своевременный, но понятный скорее для профессиональных политологов. Его вряд ли хорошо уловили обычные рядовые российские граждане. Власть собирается «опираться» на институты «Гражданского общества». А что это такое - «Гражданское общество»? И какие-такие его институты? Россияне сегодня понимают, что все они давно уже не являются подданными Верховного Правителя - Царя, Генсека или Президента. Конституция назвала всех жителей страны ее гражданами. Все вместе они составляют российское общество. Значит ли это, что власть будет опираться на всех граждан сразу? Наверное, нет - это технически невозможно. Такое возможно, если все гражданское общество будет структурировано по роду занятий и экономическим интересам, по взглядам на разные стороны жизни и по другим качественным характеристикам. Вести политические дискуссии, искать компромиссы, убеждать и соглашаться намного легче и продуктивнее с полномочными представителями крупных групп (сообществ) людей, имеющих близкие или схожие интересы и позиции. Российское общество на сегодня так или иначе структурировано. Есть множество политических партий, профсоюзных объединений, хозяйственных обществ, ассоциаций, союзов, клубов по интересам. На какие из этих структурных образований намерен опираться В. В. Путин со своей властной командой? На все или только на некоторые?

Среди нынешних властьпредержащих широко распространено мнение, что утвердившаяся в стране система власти сама по себе достаточно полно обеспечивает ее опору на все общество граждан (Гражданское общество) через политические партии и их фракции в законодательных органах. Придумана даже форма взаимодействия Государственной Думы с непарламентскими партиями. Сторонники такой точки зрения убеждены, что никакого другого организационного механизма взаимосвязи власти и граждан не требуется.

Для иллюстрации приведу один эпизод телевизионной дискуссии на тему о гражданском обществе. В апреле 2004 года одна из телепередач популярной в то время программы «Свобода слова» была посвящена так называемой «административной реформе». Многие ее участники говорили о том, что такая реформа не должна заканчиваться только изменениями штатных расписаний министерств и пересадкой их сотрудников с одного кресла на другое. Важно передавать часть общего объема работы, ранее выполняемого только чиновниками, так называемым «институтам гражданского общества», в частности представительским, саморегулируемым общественным организациям.
Участвующий в передаче губернатор Краснодарского края Ткачев А.Н., эмоционально рассказав, как он реформирует в крае исполнительную власть и как проводит конкурсы среди людей, желающих занять тот или иной чиновничий пост, спросил участников развернувшейся в зале дискуссии: «Расскажите мне кто-нибудь, что это такое — «институты гражданского общества», которые вы намерены включить в систему государственной работы. Зачем выдумывать непонятное, если у нас в стране уже есть всенародно избранный Президент, подотчетные ему исполнительные органы по вертикали сверху вниз и Парламент, состоящий из народных избранников — депутатов от разных политических партий».

Губернатору тогда кто-то ответил, что официальная система власти и выполнения государственных функций на практике пока не работает как истинно представительская от народа, и что поэтому нужны дополнительные общественные представительские органы, помогающие официальным госорганам и отдельным госчиновникам избегать грубых ошибок, а также предупреждающие разного рода злоупотребления чиновников своей властью. Этих пояснений тогда губернатор, похоже, не понял. По крайней мере об этом красноречиво говорило его недоуменное лицо, показанное оператором крупным планом. Ведущий той передачи не стал добиваться прояснения сути «институтов гражданского общества». Он, сославшись на нехватку времени, свернул разгорающуюся дискуссию.

Со времени той передачи прошло десять лет. Тема об административной реформе в ее первоначальном звучании была если не забыта, то отложена до «лучших времен». О Гражданском обществе, о необходимости его реформирования и усилении его роли в жизни страны все это время напоминала лишь определенная категория общественных организаций — правозащитники и оппозиционно настроенное к власти окружение определенных интернет-блогеров. Руководство страны, увлекшись «ручным управлением», казалось бы, научилось работать без «институтов гражданского общества». Но происки зарубежных партнеров - конкурентов с их режиссурой цветных революций и нарастающие внутренние экономические трудности с их возможными последующими социальными напряжениями вынудили главу государства неожиданным образом вынуть из забвения непонятное для Ткачева А.Н. и для многих других российских чиновников словосочетание «институты Гражданского общества». К сожалению, за политическим сигналом Президента Путина В.В. от его окружения, от штатных политологов не последовали разъяснения, с какими частями Гражданского общества намерено взаимодействовать руководство страны, и на кого опираться в разрешении трудных социально-экономических проблем.

Не будучи специалистом в области отгадывания чужих мыслей, выскажу свое мнение по этому поводу. На мой взгляд, малопродуктивным было бы сосредоточивать внимание государства только на уже активных ячейках Гражданского общества, состоящих в основном из людей гуманитарно-интеллектуальных профессий - журналистов, юристов, артистов и др., и составляющих так называемую «несистемную» оппозицию к действующей власти. Конечно, их нельзя игнорировать. С ними важно активно, умело, профессионально дискутировать и договариваться. Нельзя допускать, чтобы любимые ими методы «уличной демократии» приводили к деструктивным бунтам. Для этого полезно тоже использовать уличные шествия и митинги как контраргументы пропагандистского характера. Но это все ситуационная работа-тактика. Уличные активисты, даже громко скандирующие проправительственные кричалки, не могут составить опору для конструктивно работающей власти. Известно, что хорошая тактика полезна лишь на фундаменте системной стратегии.

Стратегия формирования активного и конструктивного Гражданского общества, по моему мнению, должна предусматривать первостепенную заботу и работу по выращиванию и укреплению его ячеек (институтов) в экономических сферах, в отраслях экономики, в реальном производстве. Это, во-первых, потому что люди, занятые в таких сферах, составляют большинство самодеятельного населения. Они - основной электорат. От них количественно зависит устойчивость или шаткость власти. Они потенциально могут быть (или не быть) реальной ее опорой. Во-вторых, эти люди обладают более устойчивыми представлениями об окружающем мире, об общественном устройстве, о соотношении и формах проявления добра и зла. Они в определенной мере консервативны. Их мировоззрение, ментальность, нравственный строй устойчивы к разного рода информационным атакам.

Особо важное значение для формирования «опоры» власти имеют общественные организации, представляющие интересы людей, работающих в малой экономике, - хозяев и одновременно работников малых и микропредприятий, членов семейных фермерских хозяйств. Эти люди, в большинстве своем поднявшиеся до самостоятельного предпринимательства из широкого слоя «простых», рядовых работников экономической сферы деятельности, в полной мере обладают охарактеризованными выше качествами. Они даже более консервативны по отношению к общественно-государственному устройству, потому что, как говорится, «им есть что терять». Но в силу своих природных организаторских талантов и соответствующего опыта они могут в сложных ситуациях, образно говоря, играть роль цемента, связывающего отдельные элементы гражданского общества в надежную платформу - опору.

Все люди - граждане, труженики экономической сферы, включая и малых хозяев, и хозяйчиков, в большинстве своем озабоченные ежедневной борьбой с экономическими и другими житейскими проблемами, политически мало активны, к власти равнодушны, на выборы ходить не любят, в уличных акциях добровольно не участвуют. Это политически дремлющая часть современного российского общества.

В России есть немало политиков, которые такую пассивность большинства людей расценивают как благо, как возможность спокойной работы госорганов и поступательного развития страны. Однако, по-моему, такая позиция недальновидна.

Политическая пассивность большинства граждан характерна для многих устоявшихся социально-политических систем в странах Западной Европы. Но для молодой, еще не сложившейся социально-политической системы в современной России она может таить в себе скрытую опасность, может оказаться затишьем перед бурей. В российской истории уже не раз было, когда при значительном усложнении условий жизни для большей части населения политическая пассивность и равнодушие к власти в короткое время сменялись на раздражение и готовность к крутым политическим переменам. Опасно не само по себе такое взволнованное состояние общества, а то, что ситуацией могут воспользоваться противники спокойного, поступательного развития страны, так называемые «пассионарии», у которых оперативная энергия пересиливает способность здраво мыслить и ответственно действовать. Активность и энергия «пассионариев» (а именно таких людей по большей части объединяет «несистемная оппозиция»), облаченная в одежды из актуальных лозунгов, может достаточно быстро увлечь значительную часть ранее пассивных, но жизненно озабоченных людей, потенциальных граждан. При современных технологиях и технических средствах коммуникаций они могут реально ослабить уравновешенность и здоровый консерватизм, присущие большинству людей, работающих в реальном производстве (в экономических сферах) и подтолкнуть их к деструктивным действиям. Взрывы эмоциональной энергии, вырвавшиеся из под контроля рассудительности, могут остановить или притормозить процесс созидания и дать начало разрушительным процессам. То, как это происходит, мы видели на примере киевского майдана и в последующих за ним трагических событиях.

Для того, чтобы по киевскому сценарию не был сыгран трагический спектакль в России, надо совместно государству и здравым силам общества предотвратить такую возможность. В стране в этом направлении уже кое-что делается, но уж очень односторонне и традиционно - ужесточаются правила проведения уличных протестных акций, укрепляются и обучаются силы правопорядка (полиция, ОМОН, МЧС и др.), проводятся длительные гласные судебные процессы для острастки и воспитания обывателей. Одновременно реализуется политика поддержания в стране уровня экономического и социального обеспечения для основной массы жителей, достаточного для сохранения в их среде спокойного (до равнодушия) отношения к власти. Но, думается, этого недостаточно. В истории России уже были ситуации, когда экономических запасов и сил у государства не хватало для сдерживания инфляции, взлета цен, снижения реальных доходов у населения. Это приводило к серьезным политическим катаклизмам. Скрытое ранее внутреннее напряжение, разогреваемое актуальными лозунгами пассионариев-революционеров, выплескивалось наружу уже в виде разгневанности на власть. Тогда не помогали силы правопорядка. В истории страны оставались глубокие, плохо зарастающие незабываемые раны.

Избежать таких ситуаций или хотя бы смягчить их, на мой взгляд, возможно, если государство будет не радоваться политическому равнодушию широких народных масс, а напротив, поддерживать, подпитывать позитивно направленную общественно-политическую активность, положительное отношение большинства людей к государственной власти. Для этого есть сравнительно недорогой способ - систематически конструктивно сотрудничать с общественными представительскими организациями людей, работающих в реальном производстве. Таких организаций существует множество. Все они, несмотря на различие конкретных задач с отраслевой спецификой, имеют общие свойства. Они призваны выполнять одну и ту же миссию — защищать интересы (прежде всего экономические) своих членов. Большое и важное место в этих заботах занимает доведение до госорганов насущных проблем, требующих государственного вмешательства. Поэтому постоянно имеется предмет содержательного взаимодействия госорганов и таких общественных организаций. В систематическом конструктивном и плодотворном взаимодействии в принципе заинтересованы обе стороны.

Для органов государственной власти такое сотрудничество - это получение информации об уровне социального напряжения в обществе, это профилактика принятия ошибочных государственных решений, это возможность принятия мер по своевременному уменьшению степени напряжения путем хотя бы частичного разрешения перезревших проблем. Пренебрежение таким сотрудничеством со стороны госорганов, госчиновников - это ухудшение качества государственной работы, поражение чиновников недугом ленивости, разрастание бюрократизма чиновничества, отдаление чиновников от реальной жизни, это отчуждение власти и граждан, это опасность проморгать критический уровень социального напряжения и как следствие - возможность (риск) в одночасье потерять чиновниками свои насиженные места с привычными жизненными условиями и привилегиями.

Для общественных представительских организаций взаимодействие с госорганами напрямую, а не только опосредованно через политические партии - это возможность более полного выполнения главной миссии - защиты интересов членов этих организаций. Пренебрежение конструктивным сотрудничеством с госорганами, предпочтение только одной форме взаимоотношения с ними - форме «народного контроля снизу» чревато принятием госорганами законов и нормативных актов поверхностных, неглубоко продуманных, не учитывающих особенности интересов членов таких общественных организаций, играющих роль «народных контролеров» и «прокуроров».

В связи с вышеизложенным государственные органы как официальные представители действующей власти для реализации своей, т.е. государственной выгоды от систематического сотрудничества с общественными представительскими организациями должны проявлять заботу о том, чтобы члены этих организаций видели, ощущали немалую для себя пользу от конструктивного сотрудничества с властью. Такая забота может быть реализована отказом от бюрократических стиля и методов работы госоргана, внимательным изучением проблем и предложений от общественных организаций. В интересах власти оказывать своим общественным партнерам поддержку, в том числе экономическую.

Сами представительские организации для реализации своей выгоды от сотрудничества должны заботиться о создании такого механизма взаимодействия с властью и такой системы информирования своих членов о процессе и результатах этого взаимодействия, чтобы у них углублялось уважение не только к своим представителям, но и к государственным чиновникам, нормально, без бюрократизма и высокомерия взаимодействующим с «простым народом».

В России раньше никогда не было опыта такого взаимодействия - сотрудничества власти и общественных организаций. Властная элита всегда в российской истории самосохранялась, опираясь в основном на силовые структуры. В новое время, в XXI веке это уже архаизм. Даже внешне выглядящая патриотической, прогрессивно мыслящей и нравственной власть может быть устойчивой и продуктивной лишь тогда, когда в дополнение к традиционным силовым опорам добавит опору из широкой сети общественных представительских организаций, с которыми госорганы, госчиновники научатся конструктивно взаимодействовать.

Надеюсь, что мои размышления по поводу реального постоянного сотрудничества государства с ячейками (институтами) Гражданского общества в России не покажутся читателю утопической мечтой. Такой опыт хоть и с трудом, медленно, но все-таки нарождается. Его необходимо изучать, обобщать и распространять. В частности, такой опыт есть у Ассоциации крестьянских (фермерских) хозяйств и сельскохозяйственных кооперативов России (АККОР). Перейдем к его рассмотрению.