САРАЙ ПОЕХАЛ

Вы здесь

САРАЙ ПОЕХАЛ

- Лешка паразит выходи! - Больше всех бушевала бабка Аня.
- И доколе он будет над нами издеваться, - подначивала она других.

Группка односельчан настроена воинственно. Маленькая дверь в огромных воротах, наконец, открывается. Сначала выползает бочонком голый живот, где-то внизу болтаются шорты. При явном отсутствии шеи сверху сразу его венчает перевернутым чугунком голова.

- И что же ты ирод творишь, - главная воительница ринулась в атаку - пошто перегородил нам улицу. Стоящие за ней женщины хором загалдели. Мужики поодаль молча, наблюдают.
- Понавез тут бетонных блоков. Как нам теперь гонять скот? – возмущались селяне.
- Вон у Петяшихи на прошлой недели корова повредила ногу, - ситуация накаляется.

Лешка главный деревенский олигарх. У него ларек стоит у колонки напротив и два еще в райцентре. Население в основном пенсионеры. Прибыль небольшая, но капает постоянно.

За трехметровой оградой-стеной кипит стройка. Торчит коробка возводимого второго этажа. Сколько всего их будет – гадает деревня? У всех по улице палисадники в цветах из штакетника – гляди любуйся. У этого же все закрыто: то ли свое прячет, то ли не хочет видеть, что происходит вокруг.

Маленькие поросячьи глазки в упор не видят бунтующих людей. Так бы и стоял, молча, почесывая снизу брюхо. Явилась тут на помощь мамаша.

- Чево вы тута собрались?
- Нате-ка вам - недовольны они. Сыночек мой приезжает с городу, а ваша скотина весь газон мне ляпушками закидала. Машину ставить некуда, - отбила первую атаку.
- Тут же деревня, без этого никак. Сама-то чай из местных, аль забыла, как навоз лопатила, - напомнила ей бабка Аня.
- Может и из местных, только вот мой сыночек не чета вашим оглоедам, - поняла поздно, что ляпнула лишнее.

Бабы подняли такой крик, впору было спасаться. Подтолкнула своего отпрыска за ворота, следом сиганула сама. Для приличия бунтарки погомонили чуток, затем досталось и мужикам.

- Тащите ломы, сворачивайте блоки. Стоят они прохлаждаются, - погнали тех по домам.
Днем на призыв никто не явился. Боевые действия начались под покровом ночи. Крадущиеся тени бесшумно толкают впереди себя груженые тележки. Раз за разом на ощупь по выверенному маршруту развозят груз. Главнокомандующий у них - тень в юбке.

Утром олигарха разбудил истеричный вой:
- Что же это делает-ся-а-а!
- Подгади-ли-и-и! Извер-ги-и-и.!

Сын спросонья выскочил на крыльцо. Мать стояла подле отворенных ворот по колено в навозе, хлынувшем извне. Выложенные в три ряда тяжелые фундаментные блоки по центру развалены, образовался проход. Стадо уже прогнали.

Лешка нанял работяг в соседнем селе. Целый день выскребали, вымывали и вывозили последствия ночной вылазки. Восстановил баррикаду, новым заслоном отгородил ворота. Теперь, чтобы выехать саму, нужно сначала разобрать защитный редут. Для этой цели пришлось подкупить старенький экскаватор-погрузчик «Петушок».

Противник не дремал, в концах улицы небольшими группками маячила разведка. По отношению к ларьку олигарха были введены санкции. Продукты стали брать с автолавки. Тех мужиков, что тайком заскакивали за сигаретами и пивом клеймили как предателей.

Так и повелось - по ночам одна сторона шкодила, а другая днем восстанавливала. Привлекались для разрешения конфликта и участковый и начальство из волости. Временные затишья были не долгими.

Под вечер бригада строителей сидит, перекуривает. Раствор кончился нечем заливать перекрытие второго этажа. Бетоновозка где-то запропастилась. Хозяин поехал искать, ворота велел не закрывать. Все настежь блоки разобраны.

Мужики недовольны. Достался же им заказчик! Сначала рядом с домиком мамаши возвели, как было вначале оговорено один этаж. Далее, по Лешкиному повелению достроили второй. Теперь вот ему втемяшилась в башку надобность еще и третьего.

- Нам-то что, хозяин барин, - предупреждали его шабашники.
- Фундамент слабоват будет. Для дерева он бы еще сгодился, а вот для кирпича совсем негож.
- Нечего, потом усилим, - отбрыкивался олигарх.

С улицы заглядывает любопытствующий люд, интересуется.
- Что за халабугу вы строите?
- Прям сарай какой-то, - издевательски язвят они.
Строители плюются, проклинают «главного архитектора». Бригадир с опаской посматривает на косогор, он-то видел, какие там грунты, когда копали траншею.

Лешка пропал вслед за бетоновозкой. Стало слышно, как гонят стадо. Мужики разошлись по местам делать другую работу. Вокруг никого.

Перед ведущими буренками у баррикады встала делема: то ли сворачивать в узину и колдобины то ли в сторону вдруг появившегося прохода. Сзади поддавливала основная масса. По пути наименьшего сопротивления скотина вломилась на участок. Круша все на своем пути, растеклась по саду. Лавиной скатилась вниз и, повалив дальний забор из рабицы, ушла задами. Пастух, увидев последствия, поспешил скрыться.

Сын вернулся и застал мать, обезумевшую от разбоя учиненного стадом. Та сидела на крыльце рыдала и проклинала всех и вся. С высоты стройки посмеивались шабашники.

На следующий день электросварщик заковал в железо Лешкину преграду, чтобы не разваливали. Для надежности была выкопана еще и канава.

За час до рассвета партизанский отряд, под командованием амазонки, таясь лунного света, выдвинулся к цели. Воинственный вид имели зачинщики: кто-то нес на плече лопату кто-то жердину.

Сначала поставлены подпорки под стену из блоков. Бесшумно заработали лопаты, выбирая грунт с одной стороны. Разом убраны колья. Секунду другую словно задумавшись, баррикада устояла, затем колыхнулась, скрипнув железом, рухнула. Шкодники мигом растворились в темноте.

На шум и грохот загорелся свет в доме. Лешка выглянул в окно, но выйти на улицу не решился. Наутро обнаружил, что завалившаяся преграда потянула за собой забор и ворота, к которым была приварена. Скособоченый фасад являл жалкое зрелище. С досады выматерился, махнул на все рукой.

Строители успели до осенних дождей поставить крышу. На уговоры хозяина заняться отделкой ретировались, сославшись на другие заказы.

Непогода приостановила всякую деятельность в деревне. Не каждая хозяйка выпускала скот в поле. Со дня на день ожидали снег. Только дети не унывали, нацепив сапоги – месили грязь по улице. На третью неделю ненастье угомонилось. Последний ночной дождь отбарабанил по крышам. Мужики перво-наперво кинулись с лопатами отводить воду с участков. У кого-то потекли крыши, латали. Днем разогнало тучи, выглянуло солнце.

Словно гром среди ясного неба ударил набат. Кто-то заколотил в железку. Народ с ведрами высыпал на улицу, потянулся к центру. Дыма нигде не видно, все недоумевают.

Прибывающая толпа с интересом наблюдает, как высотка олигарха угрожающе наклонилась. На глазах крен все только возрастает. Лешка с матерью стоят со всеми и с ужасом наблюдают, как залитую бетоном площадку безжалостно разрывают трещины.

Вобравший влагу косогор под тяжестью здания не выдержал, тронулся по глиняной подложке. Толпа отпрянула. Сарай поехал. Сползающая масса земли потянула забор, сложив его гармошкой. Тот в свою очередь не расстался с лежащей на боку порушенной баррикадой.

Крупными кирпичными обломками вперемежку с грунтом оползень вклинился в озерко, водрузив над собою ребром, словно парус уцелевшую крышу.

Лешкину машину и трактор мужики спасли, успели вручную откатить в сторонку. Уцелел материнский домик на камнях-валунах по углам. Только догоняющие оползень бетонные блоки снесли крыльцо и шевельнули угол. Так и остался он в одиночестве осколком с двумя грядками и клумбой.

- Давай-ка перебирайся пока ко мне, всеравно живу одна, - бабка Аня первая подошла успокаивать потерпевшую. Все двинулись по домам притихшие, словно сами были в чем-то виноватые.

Раздел: 
Файлы: 
ПредпросмотрВложениеРазмер
saray_poehal.docx22.6 КБ