«Неизвестный» Николай Васильевич Гоголь. О способности быть хозяином, принимать должно несчастия и прочем…

Вы здесь

Поговорим теперь лучше о хозяйственных делах, тем более, что все ваши затруднительные обстоятельства проистекают отсюда. Хозяйственные дела у нас в России стали плоше прежнего, во-первых, оттого, что половина помещиков не занимаются вовсе своим хозяйством, а во-вторых, оттого, что полвина из занимающихся, не будучи рожденными быть хозяинами, вообразили себе, что они хорошие хозяины и распоряжаются очень хорошо, а что неудачи и дурное состояние дел происходит так, само собою, больше от судьбы и Божьего попущения, точно как будто грех какой сознаться, что я не рожден быть хозяином, как будто это моя вина, что у меня нет этой способности. Неспособность может быть от разных причин, в том числе от нас не зависящих. Тому, например, препятствует самый характер его и темперамент, другому несчастья, потери, душевные огорчения, приведшие в вечное тревожное состояние дух его. А кто слишком тревожится от всяких случаев, кто совершенно весь растеряется в минуту неудачи и не знает, что ему делать, у кого кружится голова от всяких затруднительных случаев, тому не быть хорошим хозяином.
Хозяйство, как и все прочее в жизни, требует ясного, спокойного взгляда, совершенного хладнокровия во всем. Тот только хозяин, кого ни в силах смутить ни удача, ни неудача, кто ровен всегда, везде во всем. А кто не имеет этих качеств и не старается никогда приобрести их, тому не быть хорошим хозяином, ему не отыскать даже никогда хорошего управителя, ибо у хорошего хозяина посредственный управитель делается хорошим, а у нехозяина хороший управитель делается дурным и плутом. Такому хозяину прежде всего следовало бы сознать свой характер и силы, а потом уже поступать сообразуясь с своим характером и силами, и тогда бы Бог открыл ему, как нужно поступать. Но не видящему самого себя и не хотящему сознать в чем-либо свое неведение и незнание не дает Бог ясных очей и средств извернуться. Сколько, например, есть таких хозяев, которые всегда надеются на чудо Божие, у которых за месяц до уплаты в казну податей или в ломбард процентов нет еще ни одной копейки в кассе. Такие хозяева, если уже сами они знают, что у них теряется голова в приискании средств, хотя бы прибегнули к самому неголоволомному средству, откладывали бы просто, со всякой получаемой гривны по грошу в ящик, с тем, чтобы не брать оттуда ни в коем случае, хотя бы в долг на один день только понадобилось взять. Тогда бы в продолжение года могла бы накопиться хотя половина, хотя часть потребной суммы.
Иные хозяева думают также, что все дело в том, чтоб ограничить себя во всем и не издерживать ни на что как только разве на самое нужное, и дивятся потом, когда видят, что при этом состоянье их ничуть не поправляется. И не мудрено: конечно, знать, что нужно и что не нужно, может отчасти всякий, но знать, во сколько крат одно нужней другого, может только один глубоко мудрый; уметь предпочесть важнейшее не столь важному – это такая высокая мудрость, какою редкий не земле может похвалиться. Такие хозяева, хотя бы при всяком предприятии, издержке, постройке, покупке делали такую посылку: это предприятие, издержка, постройка, покупка нужны в хозяйстве, и польза от них вот какая, а если я не сделаю их, как велика будет утрата и упущение? Что будет от того? Пропадет ли чрез то решительно хозяйство или имение, пойду ли я чрез то по-миру? Нет? А если нет, то сделаю я другую посылку: ну, а если я не уплачу в конце года податей или не заплачу процентов, что буде тогда? Тогда пропадет все хозяйство, отнимут у меня все имение, и я пойду по-миру. А когда так, лучше я не сделаю этого предприятия, издержки, постройки, покупки, а если и сделаю, то не на все деньги, а отложу от них часть, нужды нет, что год еще только в начале, Бог весть, что будет впереди, лучше же я тогда сделаю прочее, когда обеспечу себя прежде в важнейшем. Но даже и этой простою посылкой не руководствуются такие хозяева, и к концу года или времени платежа у них вечно нет копейки в кассе.
А между тем твердо уверены, что они издерживают только на то, что необходимо нужно, а ненужного ничего не делают, а что нет денег и случается беда, так это попущение Божие, это уж судьба такая. Так горд всегда человек и никогда ни в чем не хочет сознать вины своей и в смешной гордости своей вечно уверен, что он прав и разумен и ни в чем не может ошибиться. Не думайте, чтоб я метил на ваш счет, нет, это можно отнести на счет всех нас, и горе тому, кто ничего не хочет принимать на свой счет. Всякий, кому бы не случилось читать письмо сие письмо, должен все, что все, что ни есть в нем принять прямо на свой счет, взглянуть на себя, а не на другого, обвинить себя, а не другого. Когда я писал это письмо, то молился Богу, чтоб оно было благодетельно всякому, кому бы не попалось в руки, хотя бы вовсе постороннему человеку. И не моему глупому разуму будет обязан получивший благодетельное впечатление, но милости Бога, направившего на благое мой разум и давшего ему силы прозреть на то, что чего бы я никогда не смог проразуметь без Его святой воли. О хозяйственных делах я заговорил еще потому, что это становится у нас теперь слишком важным и серьезным предметом. Многие владельцы начинают уже смекать, что расстроенные состояния их имений происходят не от каких-либо внешних и посторонних влияний и обстоятельств, а от их собственной вины. Много самых блестящих светских дам оставляют ныне столицы и переезжают в деревню, смекнув, что есть обязанности в несколько раз выше тех, каких требуют от них гостиные и частная жизнь, обязанности, которые они неразумно пренебрегли, почтя их за низкие и ничтожные.
Но в одном пороке я должен сделать вам упрек, и упрек равно всем вам. Этот порок есть малодушие и уныние, которому вы все легко предаетесь. Что, в самом деле, вы вообразили себе? Разве жизнь наша рай и должна быть как ровная дорога, без всяких приключений, для одних только удовольствий да для наслаждений? Так зачем же тогда будущая жизнь нам? Где вы живете, позвольте вас спросить? Или вы позабыли, что на земле? Что всякую минуту не только может, но и должно случиться то, что вы называете несчастьем. Мудрый, по крайней мере, помнит это и ставит себе впереди, при всяком начинании всякого дела, и потому не предается ни излишней радости при виде того, что человек часто легкомысленно называет счастьем, ни горести, при виде того, что человек также легкомысленно называет несчастьем, но умными глазами осмотрит всякое приключение со всех сторон, прежде всего вопросив себя, не обманула ли его наружность и первое впечатление. А у вас ничего того нет; вы все предаетесь первому впечатлению; обрадуетесь тому, чему не следует радоваться, опечалитесь тем, от чего не следует печалиться, не размысля торопитесь ухватиться за дело, не размысля бросаете его при первой неудаче.
Лучше нам подумать обо всем серьезно и, отбросив всякую уверенность в себе и самонадеянность, смиренно сознать себя, свои средства и уменье взглянуть сколько возможно ясными очами. Все наши несчастья происходят от ложного познанья мирских вещей и дел.
Обращаюсь к сестрам. Одна вообразила, что у ней не может быть никакой обязанности, никаких дел, что она рождена именно для того, чтобы не входить ни во что, что она бесполезна и ни на что не способна (как будто что-нибудь бесполезно из того, что создано Богом), и что весь долг ее состоит в том, чтобы не делать ничего злого. Другая предалась мечтаниям и презрительно смотрит на действительность и на то, что вокруг нее, безрассудно думая, что только в другом месте она может быть счастлива, не заботясь о приобретении мягкой прелести поступков, без чего нельзя быть счастливу нигде, тем более быть любимой. 3-я вообразила, что она глупа и способна только на маловажные дела, что она не знает ничего, тогда как, может быть, она произвела бы подвиг, угодный Богу и спасительный для семейства. Так они все заняты своими обязанностями и думают, что тот, который живет за морями, тот должен заботиться о них. А как придет беда, все умеют печалиться, все мастерицы пенять на судьбу; предавались ли они когда-нибудь умному размышлению о делах ближних, о тех, которыми окружены? Взглянула ли хоть одна из них на положение этих дел? Отчего в течение каких-нибудь 15 лет хозяйство идет ни чуть не лучше, а все хуже? Что не возможно, чтобы неудачи и несчастия преследовали в продолжение 15-ти лет сряду, что дается человеку ум для того, чтобы предвидеть, убегать, уклоняться несчастий, что неудачи и несчастия суть учители и посылаются на то, чтобы наводить на ум и на настоящую дорогу? Просила ли хоть одна из них, хотя раз в жизни, просила ли она Бога, чтоб Он вразумил ее проразуметь смысл и назначение посылаемого несчастья, увидеть его хорошую и благодетельную сторону? Нет, об этом никто не заботится, но в ту же минуту и даже как моно скорее стараются забыть это несчастие, не хотят даже вспоминать о нем и никто не хочет вглядеться в него пристально: отчего оно случилось, не сами ли были виною его, не можно ли было как-нибудь предвидеть и отвратить его прежде, и для чего оно случилось, чего хочет от нас Бог этим несчастьем?
Нет, думают, что оно так случилось без смысла, что Бог неразумно делает. «Так Богу угодно», - говорят обыкновенно. «Для испытания», - прибавляют другие – и даже не хотят размыслить, для какого испытания, в чем состоит это испытание. Знайте же, что несчастий нет на свете, что в этих несчастиях заключены глубокие наши счастия. Всякий раз, после всякого приключения, какое не сбывалось со мною и какое называется у иных людей несчастием, очи разума моего становились яснее и в умиленьи душевном я видел, что они суть крылья наши и приближают нас ближе к цели, от которой по видимому будто отталкивают. Ни суть Божии глаголы к нам и все полны мудрости необъятной. Но не думают, не хотят люди вникнуть в значение их, не хотят узнать, что бог требует деятельности от ума нашего, что для пробуждения нашего посылаются несчастия и затруднения, что всякую минуту взывает Он ими пробудиться от лени, объемлющей нашу душу, что всякую минуту говорит Он ими, что мы не бесполезно и не даром созданы на свет, что строго должны мы обсудить и взвесить себя и узнать, какая есть у нас истинно полезная сторона, не обманывают ли нас очи наши, будто бы уже, точно, нет никакой у нас способности, которую бы могли употребить на благо. Нет бесполезного человека в мире, и горе тому, кто не откроет, на что он полезен, и не молит Бога о том, чтоб уяснил и открыл ему очи увидеть полезность свою.
Ужасно был наказан тот, кто получил от Бога талант и зарыл его в землю, а нет человека, который не получил бы какого-нибудь таланта (притча Спасителя о талантах). Тому дано пять, тому два, тому один, тому мало, тому много, но всякому что-нибудь дано на долю, и равное взыскание будет всем. Обращали ли они хоть раз внимание на значение жизни человека? Человек призван в мир, стало быть, он нужен миру. Человек поставлен на этом месте, а не на другом, стало быть, он нужен на этом месте, а не на другом. Если же он не был нужен ни на что, он бы не стоял уже на земле, а где-нибудь на воздухе, где бы ни один предмет не напоминал ему, что он должен заниматься им…
Прощайте, да хранит вас Бог от всего злого. Христос с вами!

(Н.В.Гоголь, «Письма о духовной жизни», М., 2009г., стр.169-173,179-183).

Раздел: 
Ключевые слова: 
Не в сети
Заходил: 2 дня 12 минут назад
Россия
: Чувашия
Регистрация: 16.12.2011 - 17:41
: 1077

классика.глубоко.умно