Новость дня. Часть 2. Страница 333 из 347

Вы здесь

10408 сообщений

Вопросы задавать можно только после регистрации. Войдите или зарегистрируйтесь, пожалуйста.

Не в сети
Заходил: 4 дня 16 часов назад
россия
: новосибирская обл.
Регистрация: 01.11.2012 - 15:31
: 2213
illar пишет:

Главная проблема русского народа - это то, что

В Нигерии мало кто был...

vasilii888

Не в сети
Заходил: 4 дня 16 часов назад
россия
: новосибирская обл.
Регистрация: 01.11.2012 - 15:31
: 2213
vasilii888 пишет:
illar пишет:

Главная проблема русского народа - это то, что

В Нигерии мало кто был...

(да хотя бы в Туркмении smile3 )

vasilii888

Аватар пользователя Саша Остапчук
Не в сети
Заходил: 1 месяц 1 неделя назад
Регистрация: 28.09.2017 - 01:55
: 20

В Туркмении были))) и не однократно)))

Не в сети
Заходил: 4 дня 16 часов назад
россия
: новосибирская обл.
Регистрация: 01.11.2012 - 15:31
: 2213

Ага, дважды)))
Летом sad Хлопок собирал, фигня такая белая, на вату похожа, из неё носки потом делают, черные почему то scratch_one-s_head

vasilii888

Не в сети
Заходил: 4 дня 16 часов назад
россия
: новосибирская обл.
Регистрация: 01.11.2012 - 15:31
: 2213

hi

vasilii888

Не в сети
Заходил: 52 минуты 20 секунд назад
Регистрация: 03.11.2009 - 19:27
: 16401

hi

ну и ню

Не в сети
Заходил: 52 минуты 20 секунд назад
Регистрация: 03.11.2009 - 19:27
: 16401

Нашему сынульке 4,5 годика. Не хочет идти спать. Давай, говорит, в шахматы играть. К слову сказать, он знает, как ходят и рубят фигуры, но познаний в тактике и стратегии ему сильно не хватает. Я говорю: "Давай, если я выигрываю, ты идёшь спать". Согласился. Не особо напрягаясь, ставлю ему детский мат и отправляю спать. Так расстроился, что даже поплакал малость, но спать таки пошёл. На следующий вечер, взяв себе в помощники маму, сын требует реванш.
- Сына, папа хорошо играет, мы не выиграем.
- Выиграем! Сейчас мы папе мат поставим! - полон решимости мой оболтус.
Партия началась. Поначалу сидел с мамой и активно ходил фигурами, каждый раз угрожая мне, что вот сейчас-то мне будет мат. Но по мере того, как мамины фигуры начали таять на доске, пересел на середину, а потом и вовсе ко мне под бок устроился.
- Ну всё, дорогая, тебе мат, - говорю я.
- Ну вот, я же говорила, что мы с тобой проиграем, - сокрушается мама.
- А я с папой играл и поэтому выиграл! - заявляет моё чадо и с видом победителя идёт играть с машинками. А мы с женой, огорошенные, понимаем, что у нас дома подрастает хитрая жопа.

Файлы: 
  • file592364.jpg

ну и ню

Не в сети
Заходил: 52 минуты 20 секунд назад
Регистрация: 03.11.2009 - 19:27
: 16401
vasilii888 пишет:

В Нигерии мало кто был...

Россия списала странам Африки долг на сумму более 20 миллиардов долларов. Об этом рассказал российский президент Владимир Путин после переговоров с гвинейским коллегой Альфой Конде, передает в четверг, 28 сентября, «Интерфакс».

«В рамках инициативы по оказанию помощи беднейшим странам с большой задолженностью списали африканским странам долг на сумму более 20 млрд долларов», — заявил глава государства. Он не уточнил, за какой период государствам «простили» такую сумму.

Путин добавил, что в 2016 году Россия выделила для стран Африки по каналам Всемирной продовольственной организации 5 миллионов долларов.

В августе сообщалось, что Россия погасила последнюю задолженность по обязательствам СССР — перед Боснией и Герцеговиной. Это было сделано единовременным платежом в 125,2 миллиона долларов. До этого Москва полностью погасила долг СССР перед Парижским клубом, расплатилась с Чехией, Черногорией и Финляндией, а в 2000-м выплатила царский долг перед Францией.

За последние 20 лет Россия списала более 140 миллиардов долларов иностранным заемщикам. Кубе, в частности, простили 30 миллиардов долларов, КНДР — 11 миллиардов долларов.
https://lenta.ru/news/2017/09/28/spisali/

ну и ню

Не в сети
Заходил: 52 минуты 20 секунд назад
Регистрация: 03.11.2009 - 19:27
: 16401
vasilii888 пишет:

(да хотя бы в Туркмении smile3 )

Итальянка Лаура Меси сыграла свадьбу со всеми атрибутами, кроме основного. На торжественной церемонии с 70 гостями, белым платьем, подружками невесты и огромным тортом отсутствовал жених, сообщает ВВС.Работающая фитнес-тренером Меси таким образом сдержала данное родителям обещание выйти замуж за саму себя, если к 40 годам не отыщет спутника жизни. Примечательно, что два года назад она прервала отношения, которые длились 12 лет. «Сказки бывают и без принцев», — заявила она.BBC отмечает, что невеста упрочила позиции развивающегося тренда «сологамии» — брачных отношений без супруга. Причем это не единичный случай, в мае этого года неаполитанец Нелло Ружерио женился аналогичным образом, без невесты.Данная форма брака в Италии юридически не прописана, так что формально Меси остается холостой.В октябре 2016 года сообщалось, что жительница Эстонии вышла замуж за саму себя и позвала на церемонию 21 гостя. Кристал Ра Лаксми также планирует заключить брак с настоящим мужчиной, назвав союз с самой собой подготовкой к этому событию.

удобно - вышла за себя, квартиру себе подарила на рождение сына - и родственники не пилят и жизнь устроена.

ну и ню

Аватар пользователя Natascha.Reznikova
Не в сети
Заходил: 5 дней 1 час назад
Россия
: штат Инякино
Регистрация: 19.03.2010 - 12:27
: 21522
illar пишет:

За последние 20 лет Россия списала более 140 миллиардов долларов иностранным заемщикам. Кубе, в частности, простили 30 миллиардов долларов, КНДР — 11 миллиардов долларов.

а я вчера ночью выиграла 2 000 000 рублей .... во сне .

Кто борется может проиграть, кто нет - уже проиграл.
Si vis раcеm, para bellum. Qui desiderat pacem, praeparet bellum.

Аватар пользователя E.T.C.
Не в сети
Заходил: 2 часа 25 минут назад
Россия
: Ставропольский край г.Благодарный
Регистрация: 24.08.2013 - 16:34
: 7777

Та йолки....хотела уже поздравить )))

Татьяна

Не в сети
Заходил: 52 минуты 20 секунд назад
Регистрация: 03.11.2009 - 19:27
: 16401

hi

E.T.C. пишет:

Та йолки....хотела уже поздравить )))

День Интернета России

Празднование Дня Интернета в России началось с того, что московская фирма IT Infoart Stars в 1998 году разослала фирмам и организациям предложение поддержать инициативу, состоящую из двух пунктов: назначить 30 сентября «Днем интернета», ежегодно его праздновать и провести «перепись населения русскоязычного интернета» :) ;)

ну и ню

Не в сети
Заходил: 52 минуты 20 секунд назад
Регистрация: 03.11.2009 - 19:27
: 16401
Natascha.Reznikova пишет:

а я вчера ночью выиграла 2 000 000 рублей .... во сне

smile3

Файлы: 
  • file42289.png

ну и ню

Аватар пользователя E.T.C.
Не в сети
Заходил: 2 часа 25 минут назад
Россия
: Ставропольский край г.Благодарный
Регистрация: 24.08.2013 - 16:34
: 7777

не ну классика же smile3 -

Татьяна

Аватар пользователя Tigra517
Не в сети
Заходил: 5 дней 4 часа назад
Россия
: Михайлов. Россия.
Регистрация: 01.06.2009 - 12:46
: 1540

cry

А у меня сегодня почти трагедь... Запахали 15 соток клубники - земляники, которая нам столько ягод дала за эти 4 года. Не думала, что так жаль расставаться с растюхами. sad

Счастье вдруг, в тишине, постучалось в двери...
Я - Наталья. Мой блог http://fermer.ru/blog/4720/yagodnoe-korolevstvo-120135?page=3

Не в сети
Заходил: 4 дня 16 часов назад
россия
: новосибирская обл.
Регистрация: 01.11.2012 - 15:31
: 2213

Доброе утро (что ли smile3 )

vasilii888

Не в сети
Заходил: 52 минуты 20 секунд назад
Регистрация: 03.11.2009 - 19:27
: 16401

hi

Tigra517 пишет:

А у меня сегодня почти трагедь... Запахали 15 соток клубники - земляники, которая нам столько ягод дала за эти 4 года. Не думала, что так жаль расставаться с растюхами. sad

yes3 материнства у земли не отнять!!! smile3 необходимо посадить чё-нить опять!!! victory
Когда так много позади всего, в особенности - горя, поддержки чьей-нибудь не жди, сядь в поезд, высадись у моря. Оно обширнее. Оно и глубже. Это превосходство - не слишком радостное. Но уж если чувствовать сиротство, то лучше в тех местах, чей вид волнует, нежели язвит. smile3

ну и ню

Не в сети
Заходил: 52 минуты 20 секунд назад
Регистрация: 03.11.2009 - 19:27
: 16401
E.T.C. пишет:

не ну классика же

vasilii888 пишет:

Доброе утро (что ли smile3 )

ужОс темы НД wink

Файлы: 
  • file592575.jpg

ну и ню

Не в сети
Заходил: 4 дня 16 часов назад
россия
: новосибирская обл.
Регистрация: 01.11.2012 - 15:31
: 2213
E.T.C. пишет:

не ну классика же smile3 -

Молодость smile3 так и прёт... Вот бл. классика:

Температура в реке Обь 4 градуса по Цельсию smile3
http://travel.org.ua/water.php?t_id=1700

vasilii888

Не в сети
Заходил: 4 дня 16 часов назад
россия
: новосибирская обл.
Регистрация: 01.11.2012 - 15:31
: 2213

STOP! dont

Мне еще коз встречать, а там сосед коров своих ждет scratch_one-s_head

vasilii888

Аватар пользователя E.T.C.
Не в сети
Заходил: 2 часа 25 минут назад
Россия
: Ставропольский край г.Благодарный
Регистрация: 24.08.2013 - 16:34
: 7777

не-не-не dont только вперед, не оглядываясь и не шурша фотоальбомами

Татьяна

Не в сети
Заходил: 4 дня 16 часов назад
россия
: новосибирская обл.
Регистрация: 01.11.2012 - 15:31
: 2213
E.T.C. пишет:

не-не-не dont только вперед, не оглядываясь и не шурша

Не-не-не давай уже пошуршим, а ? smile3

алкаш

vasilii888

Не в сети
Заходил: 4 дня 16 часов назад
россия
: новосибирская обл.
Регистрация: 01.11.2012 - 15:31
: 2213
illar пишет:

не жди, сядь в поезд, высадись у моря.

vasilii888

Не в сети
Заходил: 4 дня 16 часов назад
россия
: новосибирская обл.
Регистрация: 01.11.2012 - 15:31
: 2213

Только что кот насрал где то под кроватью. Он думает:
-Если я насру под кроватью - то не видно...
СЛЫШНО!!! бл. как ты якобы зарываешь sad
Ну вот как, после этого, приличную девушку шампанским угощать (если вдруг) cry

vasilii888

Не в сети
Заходил: 52 минуты 20 секунд назад
Регистрация: 03.11.2009 - 19:27
: 16401
vasilii888 пишет:

если вдруг)

ну и ню

Аватар пользователя maksicom
В сети
Заходил: 2 минуты 25 секунд назад
Регистрация: 24.11.2016 - 11:40
: 652

О

Файлы: 
  • img20171001194101197.gif
Не в сети
Заходил: 4 дня 16 часов назад
россия
: новосибирская обл.
Регистрация: 01.11.2012 - 15:31
: 2213
maksicom пишет:

О

Может сказать чё хотел?

vasilii888

Не в сети
Заходил: 52 минуты 20 секунд назад
Регистрация: 03.11.2009 - 19:27
: 16401
maksicom пишет:

О

hi
с полей инета
О письмах деда с фронта. У моей тетки хранятся письма деда с фронта. Тетку эту я ни разу не видел - мой отец на нее кровно обиделся и не хотел ее знать. Но в 2005 году тетка отнесла письма деда в редакцию местной газеты, а те опубликовали часть писем. Вырезка из этой газеты оказалась и у моего отца. Вот эта публикация:

В ответ на:
«С весёлым утром, добрым днем! Здравствуйте вся родня. Шлет вам горячий привет -Прокопий Кузьмич Кормачев. 22 апреля меня контузило разрывом бомбы. Плохо слышу, да и правая коленка вся в царапинах. Но сейчас лучше. Через недельку, наверное, опять в наступление. Наша часть продвигается вперед. Здесь, в госпитале, видел Григория Ивановича Щеголихина. Он плох. Рассказал про брата Федю. Погиб он.
Как вы живете? Как ваше здоровье? Дедушке особый привет. Как живет брат Петр?
Пока до свидания. Как хочется хоть одним глазом посмотреть на родные луга...
2 мая42 г. П. Кормачев.»

«27 мая 42 года. Здравствуй дочуха Ульяна Прокопьевна. Шлет вам горячий привет ваш родитель. В первых строках сообщаю, что 8 мая выписался из госпиталя. Направили на передовую, но из-за боли в голове да плохого слуха перевели в караульную роту.
Как с хлебом, отелилась ли коровушка. Я кое-какую одежку вам послал. Получили ли? Также справку из части выслал в ваш адрес и денег 700 рублей. Охота знать сняли ли с вас налог. Кого, после меня, взяли на фронт. Насчет брата Степы ничего не знаю.
Уля, как закончишь учебу, помогай, трудись, все больше достаток будет, все больше хлеба по осени дадут. Передавай привет мой всем родным. По привету дедушке и тате. Опиши как меня, может быть, ругают за руководство колхозом.
Жду ответ с нетерпением.
П.П.С. №1940. 27-я отдельная караульная рота, 2-й взвод. Кормачеву П.К.»

«В первых строках спешу навестить вас моя дочу-ха Ульяна. К сожалению, опять ранило. После караулки перевели в боевое охранение. Заступил на службу 27 октября. В 40 метрах от немчуры. Около месяца было тихо. А 17 ноября зашевелились. Ранило миной. Осколок попал в левую ногу выше масляной кости, осколком поранило и левую кисть руки.
В настоящее время в команде выздоравливающих. Лечимся и работаем. Живем очень тесно.
Есть ли весточка от брата Володи. Сообщи его адрес.
Во сне видел много девок. Одна ко мне подскочила и говорит, что ваша Уля, которую ты очень жалел, умерла. Проснулся весь в поту. В ту же ночь снова сон: вижу тебя, Уля, веселой и здоровой.
Пока все. Жду ответ, жду с нетерпением.
Адрес: Полевая почта 956, часть № 255. Кормаче-ву. 22 ноября 42 г.»

«Здравствуй дорогая и многоуважаемая супруга Анна Игнатьевна. Шлю я вас горячий привет с любовью. Еще шлю по горячему привету любящим своим сыновьям и дочерям, бабушке.
Все еще нахожусь на излечении. Рана в ноге не заживает. Знакомых здесь нет. Ваше письмо от 29 октября получил, да и Федя написал. Благодарю, что меня не забываете. Неделю назад получил письмо от брата Степы и от Кормачева Михаила Максимовича. Прочитал письма, словно дома побывал.
Анюша, как меняла с колхозом, уплатила нет мясо. Прискорбно для меня, что ребята без молока. Держитесь.
Опиши все подробно. Как с налогом дела, велик ли он? Привет дедушке и невесткам, свояку Ивану Максимовичу, свойке Аксении Ивановне. Пока всё.
До свидания.15.12.42 г.»

«1943 год, январь, 24 дня, 1 час дня.
Жив, здоров, что и вам желаю. Не веселую весть вы мне сообщили: брат Володя убит. Жаль братишку. Давно не получал вестей от Егорушки Мурина. Павел Гаврилович тоже давно не пишет. Я ему письмо писал, обратно пришло.
Как вы живите. Взяты нет Комаров и Земцовский Максим Павлович.
Живите дружно и слушайтесь мамашу. Где совет, там и свет. Пишите, мне часто писать некогда, нужно все урывками».

«Беру карандаш в руки, пишу письмо от скуки. Лети, извивайся, никому в руки не давайся. Дайся тому, кто мил сердцу моему. Развернись и расскажи про мою жизнь, как я жизнь провожу в грустном виде моей любимой жене Анушке. Где она живет расспроси, как она
здорова и расскажи про меня.
Здравствуй супруга Анна Игнатьевна. Шлю привет от родителя Ули,Тамаре, Гани, Миши, Феди, Володе, Вали. Всем вам шлю привет.
Нахожусь в доме отдыха. На 6 дней с передовой отпустили.
Не расстраивайся, не тужи обо мне. У нас пушечки гудят, пулеметы все строчат, мины рвутся. Живу весело, и вам велю веселиться.
Еще передай привет от зятя бабушке Марины. Как она живет.
Прощайте, мои любезные. 3 апреля 43 г.»

«1943 г. 7 апреля. Жив и здоров. Все еще в доме отдыха. Отдыхаем хорошо. Завтра на передовую. Страха нет. Мы, мужики, смелые. Не щадим мы никого. Бьем фашистов: нет им пощады.
Аннушка как здоровье, как с хлебом рассчитались, не насидитесь ли голодом? Улю можно устроить в колхоз, выгодней будет и легче зиму пережить. Получаете ли пособие? Дают ли хлебную пайку, сахара. Все опиши мне. Я вам 60 рублей послал. Еще буду стараться посылать. Пишите чаще. Мне сейчас часто писать не придется.
Полевая почта 68388, Н. Кормачеву П.К.»

«Жив, здоров, что и вам, моя любезная дочка Ульяна Прокопьевна желаю. Выпала свободная минутка, сразу пишу пару строк. Ваше письмо от 21 апреля получил. Давно не получал весточки от брата Петра. Если есть его адрес, сообщи. Как вы там. Сев, наверное, идет. Что сеете? Есть продажа в магазинах? Опиши все. Берегите себя. Привет всем родным. Передай привет Вале Хохловой и Анисы.
2 июня 43 г.»

«Добрый день, весёлый час! Здравствуй моя многоуважаемая супруга Анна Игнатьевна! Шлёт вам горячий и любимый привет ваш супруг Прокопий Кузьмич.По горячему привет детям. За письма от 8 июня и 11 июня от вас получил.Сердечно вас, Анюша, благодарю.Прочитал их, как дома побывал. Одно жалко. Брата Петра Кузьмича жалко.Пусть выздоравливает.
Знакомых никого нет. Живите, не тужите обо мне. Так хочу, хоть на минутку, взглянуть на моих любимых и дорогих деточек.30.6.43 г.»

«Очень обрадовался когда получил от вас письмо и фотокарточки братанов и вашу. Особенно долго разглядывал Васину фотокарточку. Такой молодой.
Только, как цветочек, расцвел, и погиб. Только ЖИТь да жить. Покосил враг проклятый жизнь молодого молодца. Я отомщу врагу за сына своего. Получил письмо от Прялухина Михаила Прокопьевича. Пишет и Кормачев Михаил Максимович.
Писал торопился. Жду ответа. 9.6.43 г. 9 часов вечера».

«Вы спрашиваете насчет Феди. С моей стороны ему нужно вместе с Мишей ходить в школу. Ученье есть свет в будущем. Только пусть не хулиганят и учатся. Матерь пусть слушаются и друг друга не обижают. Помогайте друг другу в учении. Вот мой родительский наказ. А еще, Федя и Миша, я вам напоминаю, что воду носить и дрова пилить -ваша обязанность.
Поклончик дедушке и всей родне.
21 июля 43 г.»

«Пока у нас на передовой тихо. А бывает шумно: пули летят со свистом, снаряды воют и рвутся с шипением мины. Скучать не приходится. Два годика воюю на Карельском фронте. Так хочется домой, с вами повидаться. Верю, что наступит тот радостный час и будет наша Победа.
Получил письмо от братана Степана и сына Игнатия. Братан обижается, что редко получает письма от Коли.
Почему с вас берет налог. Я тут у начальства спрашивал, они ответили, что не должно быть так. Похлопочу, напишу о налоге в военкомат. Еще хочу спросить насчет распределения урожая. Кто ездил к сену. Сколько дали на трудодни сена и соломы. Не допускайте не справедливости.
15 декабря 43 г.»

«Получил письмо от вас и сразу отписываюсь. Я сию минуту жив. А здоровье так себе. Жизнь моя протекает в грустном времени. Только от плохих мыслей отхожу,
Ваше письмо получил в один день с письмом от Феди. От Игнашки нет письма, нет письма и брательника. Все передумал, где они, живы ли они.
До свидания, может, и навсегда. Пишите чаще. 17 марта 1944 г.»

«Поздравляю с 1 Мая вас. Я вас благодарю, что меня не забываете. Анюша, мне очень скучно и грустно. Я рад бы вам помочь, да не могу. Я сознаю, что вам трудно и тяжело. Обратитесь в сельсовет, председателю колхоза насчет хлеба и корму. Что они вам скажут. Может, премию дают хлебом или одежкой. Нас на фронте премируют часто пулями и снарядами. Так им и скажи от меня.
Вернусь - сытно заживем.
12 апреля 44 г.»

Больше писем от Прокопия Кузьмича Кормачева с фронта не было. В середине августа братан Степан, так его называл Прокопий Кузьмич, написал домой, что 22 июля 1944 года погиб. Эту весть ему сообщили из части. «...Вот из пяти братей остался в живых только я. Нет Петра Кузьмича, Прокопия Кузьмича, Федора Кузьмича, Владимира Кузьмича, павших в боях за свою любимую Родину».

Сделаю несколько пояснений по письму:

Ульяна - это старшая дочь деда, в начале войны она училась в техникуме. Где-то во время войны (или немногим позже) она подобрала с убранного поля колоски, за что попала под следствие, но в итоге вопрос как-то разрешился и ее освободили.

Миша и Федя - братья близнецы 1931 года рождения. Феде пришлось бросить учебу, чтобы работать в колхозе. Миша был физически сильнее и выносливее Феди, поэтому он учился и работал в колхозе, но скидок на учебу ему никто не давал. В итоге (как потом рассказывала тетка) Миша постоянно страдал от недосыпа - бабушка выливала на него ведро воды по утрам, чтобы разбудить и выгнать на работу в колхоз, а вечером ему приходилось допоздна выполнять свою норму. Возможно именно расшатанная в детстве нервная система стала причиной, по которой Миша застрелился в 1956 году.

Также, как выяснилось позже, данная статья искажала факты - письмо от 12 апреля 44 года не было последним (и вообще это были далеко не все письма), а дед погиб не 22 июля, а 23 июня. Но в целом, сейчас мне понятно, что практически все факты, которые были собраны изначально, содержали те или иные ошибки. Эти ошибки вносили дополнительную путаницу и дезориентировали, но, наверное, именно факт этих ошибок в итоге подтолкнул меня к тому, чтобы разобраться во всем самому.

ну и ню

Не в сети
Заходил: 52 минуты 20 секунд назад
Регистрация: 03.11.2009 - 19:27
: 16401

а вот
наш
ответ

ну и ню

Не в сети
Заходил: 52 минуты 20 секунд назад
Регистрация: 03.11.2009 - 19:27
: 16401

hi

E.T.C. пишет:

не ну классика же

большие страхи маленького человека
Милан Кундера "Провозвестник"

1
Хотя я верю в Тржишку, с самого начала я хочу заявить, что я не пессимист. Наоборот, я умею ценить радости жизни и стремлюсь к ним, как только позволяют обстоятельства. Например, вчера: нашу больницу посетила делегация из Братиславы, ассистенты и доценты лечебного факультета, которые интересовались кое-какими новинками, заведенными в нашем отделении моим шефом. Среди членов делегации была одна ассистентка, очень интересная женщина с длинными ногами, как раз такими, какие я люблю. Поскольку в этот день с самого утра мне все удавалось (пусть это мелочи, но я придаю им большое значение: когда я подходил к остановке, трамвай как раз подъезжал, медсестры в моем отделении не впадали в истерику, а обед в столовке оказался съедобным), я был полон уверенности в себе. При первом же удобном случае я посмотрел тогда на эту женщину взглядом, в котором была та необходимая доля беззастенчивости (пусть даже деланной), без которой, как утверждают, невозможно импонировать женщинам. А когда мы случайно оказались на секунду одни в моем кабинете, я с шутливой естественностью, которая исключала какой-либо отказ, назначил ей на завтра свидание.
Это мое приключение (точнее говоря, предвкушение приключения) наполнило меня чувством радости, которое продержалось вплоть до следующего, то есть сегодняшнего утра. Я радовался в ожидании вечера, поскольку люблю словачек и по некоторым причинам отдаю им предпочтение перед чешками: во-первых, они элегантнее, во-вторых - менее эмансипированы, а в-третьих в минуту наивысшего блаженства они всегда восклицают "ой".
Я вскипятил на своем старохолостяцком электрическом чайнике обычный утренний чай, запил им булку и поспешил на трамвай. И снова: трамвай стоял на остановке, кондуктор не ругался, хотя я долго копался с мелочью, и даже в табачной лавке возле больницы, куда я зашел за сигаретами, мне улыбнулся продавец. Поэтому я весело взбежал по ступенькам, вошел в свой кабинет и беззаботно начал надевать белый халат.
В дверь заглянула сестра Альжбета и сказала:
- Пан доктор, в конце коридора вас ждет какой-то человек.
Я вышел в коридор и огляделся. И здесь я увидел его. Он раскрыл объятия, и я почувствовал себя так, словно меня хотело обнять само Несчастье.
2
Тот, кто меня не знает и кому не известно, что я рационалист и скептик до мозга костей, подозревал бы меня, наверное, в суеверии; я все же верю, что каждый раз, когда я встречаю Тржишку, меня целый день будет преследовать несчастье - либо по крайней мере (если говорить трезво) невезение, неприятности и неудачи. Понимаю, что это похоже на суеверие, но что делать, если за этой приметой стоит опыт нескольких лет. И какое это, собственно, суеверие, если связь между Тржишкой и моими неудачами уже много лет прямо-таки статистически проверена и подтверждена?
Нельзя, конечно, отрицать, что эта связь (хотя она реальна) содержит в себе нечто иррациональное и её тяжело объяснить. Я знаю только одно более-менее логическое объяснение: судьба ещё в колыбели наградила Тржишку такой массой жизненных неудач, что объема его собственной жизни совершенно не хватает, чтобы их переварить, и поэтому Тржишка их излучает. Он, бедняга, родился в семье мелкого предпринимателя, который довольно скоро умер (повергнув тем самым семью в большие жизненные трудности), но все же успел набросить на будущую жизнь своего сына мрачную тень классового происхождения. Когда Тржишка учился на лечебном факультете (на курс ниже меня), по какому-то несчастному стечению обстоятельств случилось так, что во время студенческого праздника (называемого маялес) он очутился возле группки, которая выкрикивала веселые лозунги, оказавшиеся потом очень предосудительными в политическом отношении, поэтому Тржишка (хотя сам, естественно, не кричал, ибо это противоречиво его спокойному характеру) был отмечен и в назидание остальным вылетел с факультета. Созвездие кадровых пятен, безжалостно сверкая, взошло на его жизненном небосводе.
Когда потом в моей жизни тоже встречались подобные несправедливости (доносы и навешивание ярлыков), я часто вспоминал о нем с грустной симпатией и даже упрекал себя за то, что избегаю его. Но стоило мне на следующий день встретить его, как я сразу же снимал с себя все обвинения: в нашей столовке я в этот день конечно же получал вместо мяса кусок жил, в моем отделении ухудшалось состояние какого-нибудь пациента, а девушка, которой я на вечер назначил свидание, с извинениями отказывалась, ссылаясь на насморк.
3
- Дорогой, в тебе мое спасение, дружище! Ты должен мне помочь! закричал Тржишка и начал мять мою руку.
- Что с тобой? - спросил я сдавленным голосом.
Он потянул своим гигантским носом:
- У меня насморк. И, наверное, начинается грипп.
- Ну, это не такая уж и катастрофа, - говорю я.
- Это катастрофа, потому что через три дня я должен жениться. Не могу же я быть на свадьбе с красным носом.
- Раз ты должен жениться, это действительно катастрофа. Я тебе сделаю кальциевую инъекцию, - говорю я ему и веду в свой кабинет.
- Альжбета, - позвал я сестру, - сделайте моему коллеге укол кальция в вену. - А Тржишке говорю: - Альжбета колет гораздо лучше, чем я.
Это было нарушением предписаний, так как инъекцию в вену может делать только врач, но ничего не поделаешь: в течение своего многолетнего знакомства с Тржишкой я научился соблюдать определенные меры осторожности: прежде всего, я, конечно, старался вообще его не встречать; во-вторых (если встреча была неизбежной), я старался но крайней мере избегать излишних телесных контактов; в-третьих - следил, чтобы в то время, когда мы с ним находимся в одном помещении, между мною и Тржишкой всегда была, пока это возможно, какая-нибудь непроницаемая перегородка. Может быть, я доходил до смешных крайностей, когда закрывал лицо газетой или какой-нибудь накладной, - только бы избежать влияния Тржишки, которое я, как наивно материалистически мыслящий человек, не мог объяснить иначе, чем каким-то излучением.
Итак, Тришка покорно сидел на стуле, который ему подала Альжбета; сидя, неловко снял пиджак и закатал до локтя рукав рубахи, обнажив худые, жилистые (и довольно волосатые) руки. Я всегда чувствовал тревогу при взгляде на его малейшую наготу. Даже его несчастная ранняя лысина (это бесстыдство черепа) возбуждала во мне чувство какого-то мучительного стыда, что охватывает человека при взгляде на обнаженное несовершенство вроде наготы старых или искалеченных людей. Поэтому я быстро отвел взгляд и проскользнул за ширму, где стоял умывальник, пустил воду и начал очень медленно мыть свои идеально чистые руки.
В эту минуту из кабинета донесся голос Альжбеты:
- Да, чуть не забыла. Я должна вам передать, что сегодня в полпятого вы должны быть на заседании первомайской комиссии.
Меня будто ударили.
- Как это в полпятого? И об этом я должен узнавать в последнюю минуту?
Тут я понял, что любые меры предосторожности тщетны: Тржишка свою сегодняшнюю миссию уже выполнил.
4
Таким образом, я очутился перед неразрешимой дилеммой: в полпятого у меня было свидание на Вацлавской площади с прекрасной словачкой и в то же самое время - заседание первомайской комиссии в больнице.
Отказаться от свидания мне страшно не хотелось, но не пойти на комиссию я тоже не мог. Эта общественная комиссия, как известно, на каждом предприятии нашей страны занимается подготовкой к празднику: мы должны обеспечить украшение больницы стенными газетами, лозунгами, флажками и цветами, организовать пациентам прослушивание праздничного репортажа и, наконец, создать агитационные пары, которые обеспечивают явку персонала на демонстрацию.
Членство в этой важной комиссии было для меня чем-то вроде принудительного покаяния, либо, говоря более светски, испытательной мерой, к которой меня допустили не просто так, а лишь благодаря заступничеству шефа, главного врача нашего отделения.
Мое положение в больнице далеко не розовое. Наоборот - самое худшее, какое только может быть. Уже давно мне кажется, что я вишу на тоненьком волоске. Во всем виноват несчастный Ржежабек, которого мне удалось, с напряжением всего своего опыта, сил и лекарств благополучно излечить. Этому Ржежабеку не пришло в голову ничего лучшего, чем в первый же день после выписки прислать мне в знак благодарности большую корзину с вином, шоколадом, венгерской салями, ветчиной и сардинами. В больницу эту корзину принес рассыльный магазина, и, естественно, вся больница сразу же все заметила. Только я не видел, что все об этом знают, и сделал самое глупое, что только мог. Вместо того, чтоб содержимое корзины раздать коллегам и (главное) сестричкам (что меня могло бы кое-как спасти), я в отчаянии попытался утаить корзину (к моей чести, не из жадности, а от страха) и в течение трех дней тайком относил бутылки и консервные банки домой в своем портфеле. Естественно, об этом сразу же узнала старшая сестра из хирургического и поставила вопрос о ржежабковой корзине на первом же заседаний профкома, председателем которого она была. Нужно, мол, со всей принципиальностью посмотреть на моральный облик врачей: мы боремся против взяточничества, а оно все растет; теперь, мол, всем ясно, почему я уделял Ржежабеку столько внимания; нужно спросить нашего главврача (старшая сестра была с ним на ножах), как он может терпеть подобное в своем отделении.
Моего шефа пригласили на комитет. Он защищал меня, ссылаясь на мои успехи в работе. Но это было водой на мельницу наших противников; они говорили, что я, мол, так предан работе лишь потому, что жду вознаграждения от пациентов; и на этом фоне особенно заметно, что я пренебрегаю общественной работой, не хожу на собрания и не имею ни одного общественного поручения, и это не удивительно: общественная работа ведь не оплачивается, поэтому я её избегаю; если бы я за неё получал корзины с провизией, я бы и здесь был в первых рядах. Шеф тогда предложил дать мне какое-нибудь общественное поручение и проверить, как я себя проявлю. Так я стал членом первомайской комиссии; главврач сказал мне об этом с гордостью, словно выхлопотал для меня у папы римского право на искупление грехов в порядке исключения.
5
В задумчивости я стоял за ширмой над умывальником, и тут услышал из комнаты тржишкин голос:
- Я с тобой, дружище, хотел бы поговорить ещё по одному вопросу. Понимаешь, я сейчас очутился в ужасном положении, не знаю, кто бы мне ещё мог помочь, кроме тебя.
Я вышел из-за ширмы и (махнув в душе рукой на все меры предосторожности) посмотрел на Тржишку (он как раз застегивал рукава рубахи). У меня было огромное желание задушить его.
Но Тржишка повернул ко мне свои голубые глаэа (раскрытые широко, как небесное объятие) и рассказывал мне, что он живет с Андулей (своей невестой) и с её ребенком (от первого брака) в одной комнате и не имеет никакой надежды на квартиру, хотя уже "на пути" следующий малыш (как он сказал с застенчивой гордостью). Но это, мол, не самое худшее; все дело в том, что когда родится малыш, Андуле придется уйти с работы, а он не знает, как это все вытянет, тем более что на его предприятии ожидается сокращение, и есть опасения, что он потеряет место. Я, мол, лечил когда-то его директора, не могу ли я похлопотать за него?
Он все ещё сидел на стульчике, в рубахе, без пиджака, длинный, носатый и нескладный, с черными волосами, которые росли у него вокруг высокой заостренной лысины; я смотрел на его длинный, птичий нос и вдруг понял, что нос у него - не часть лица, а нос приставленный (снаружи приставленный), нос как орден, нос как знак доблести, нос, который Тржишка влачит по миру, как Ян Гус - шутовской колпак или Дон Кихот - бритвенный таз.
Я понял, что Тржишка за свои нос не отвечает, так же как и за свою странную миссию. Он живет на этом свете со своей добродушной любовью к друзьям и даже не подозревает, что им злоупотребляют мифические силы, используя его как своего посла, своего посланца (мифического посланца), чтоб он разносил несчастья и неудачи тем, к кому искренне льнет. Я понял, что имею право избегать Тржишку, но не имею никакого права относиться к нему плохо.
- Не бойся, я сделаю, что будет в моих силах, ты же знаешь... сказал я Тржишке более мягким голосом и поклялся про себя, что свое обещание действительно выполню,
Тржишка в ответ поблагодарил меня безоружной улыбкой, полной любви,
6
Я не мелочен. Мелкие неприятности, навлеченные на меня с утра тржишкиными флюидами (Альжбета была в плохом настроении и два раза накричала на меня, у пациента Кадлечека загадочно поднялась температура, на пиджаке оторвалась пуговица), я принимал со спокойствием, точно надлежащим образом исполняющееся предсказание. Действительно важным оставалось только мое участие в заседании первомайской комиссии. Все утро я думал только об этом. Но - то ли мой мозг работал плохо, то ли моя ситуация действительно была безвыходной... Как отговориться?
В голову приходили три варианта отговорок:
1. Болезнь. Но вы сами знаете, как тяжело отговориться болезнью именно врачу (в больнице, среди врачей и медсестер).
2. Семейные обстоятельства. Но какие? Я хотел заявить, что умер мой дядя Войтех, но потом подумал, что старшей сестре, конечно же, не покажется недостойным обременять вопросами похоронное бюро.
3.Сказать правду, растрогать их откровенностью, пообещать, что к следующему заседанию я все догоню. Но пришлось бы рассказать о словачке, а это дало бы моим недругам (с их агрессивно пуританским соображением) лишь новые аргументы против меня.
Так неужели же я, почти тридцатилетний мужчина, врач, сохранивший многим людям здоровье, не имею права на свое время, на свой вечер, на свое приключение, на свою собственную жизнь?
Я развивал в мыслях эту защиту собственной свободы, но при этом слышал (также в душе) другой (не менее патетический) голос, который говорил о том, что на Первое мая вся больница должна светиться радостными красками, чтобы пациенты, которым не посчастливилось идти в колонне, почувствовали, по крайней мере опосредствованно, благодаря стенным газетам, лозунгам и бумажным цветочкам, свою долю первомайского вдохновения. Ты, наверное, ставишь свои личные переживания, - многозначительно спрашивал меня этот голос , - выше интересов сотни больных?
И я попробовал представить, как я покорно иду на заседание комиссии. Но в этот момент я мысленно увидел длинные ноги словачки и почувствовал, что против императива её прелестей я так же бессилен, как и против императива заседания. Дилемма захлопнулась за мною, как капкан.
7
Обед в столовке вопреки всем ожиданиям оказался не из худших (если не считать пережаренного лука). За моим столом оказался и шеф. Он был, как всегда, в хорошем настроении, хвастался братиславской делегацией, сообщил, что говорили словацкие коллеги о наших результатах, и сказал потом (полушутя, полусерьезно), что ни у кого нет таких отличных сотрудников, как у него, а это ключ ко всем успехам.
На это я ему ответил, что если он имеет в виду и меня, то он определенно преувеличивает: я ведь доставляю ему больше хлопот, чем помощи.
- Ерунда, - сказал он, - вся эта петрушка с корзиной скоро забудется; но сейчас вам следует быть более активным. Не терять же мне лучших людей из-за какой-то чепухи.
Я удивился, что именно сегодня выпала такая приятная беседа, и мне пришло в голову, что как против всякого яда существует противоядие, так же и против тржишкиных флюидов существуют какие-то антифлюиды и что их источником может быть как раз сильная личность нашего главврача.
- Ну, как сегодня сыграем? - спросил он меня, и я сразу понял, что он говорит о футболе. Шеф как-то странно любил футбол: на стадион, пожалуй, он не ходил никогда и следил за играми только по газетным репортажам, по радио и телевидению. Опосредованность, однако, нисколько не отражалась на интенсивности его переживаний, скорее наоборот: отвлеченный интерес шефа был богат обдуманными теориями (о футбольной тактике, о составе национальной сборной, о национальном стиле игры и тому подобном).
Я смутно предполагал, что сегодня какая-то международная встреча. Поэтому на вопрос шефа я прореагировал тоже вопросом:
- Какой состав?
- Дурацкий, - сказал шеф. Он обругал тренера и федерацию футбола и заявил, что желает Чехословакии проигрыша. - Но у меня как назло сломался приемник. И не знаю, как послушать. Придется сходить к кому-нибудь в гости...
Я знал, что слушание футбольных и хоккейных репортажей (наряду с диваном, письменным столом, аквариумом и женой) составляет идиллический домашний мир шефа и что футбол (или хоккей), вырванный из этого сладкого окружения, теряет для него всякий смысл и привлекательность. Поэтому я сказал:
- У меня дома есть транзистор. Могу вам его одолжить.
Шеф просиял:
- А вы разве не будете слушать?
Я покачал головой.
- А где он у вас? - спросил он.
- Дома.
- Так знаете что? Я отвезу вас в четыре часа домой и вы мне его дадите, - сказал шеф, не предполагая, что решил мою проблему.
8
Связь между желанием шефа и моей дилеммой может показаться на первый взгляд непонятной. Но для объяснения достаточно короткого математического рассуждения:
Наша больница находится в предместье (обозначим его буквой А). Я живу в другом предместье (обозначим его буквой Б).Свидание у меня посреди Праги на Вацлаваке. Первомайская комиссия - в больнице. В четыре часа шеф отвезет меня в предместье Б. Предположим, что там я буду в четыре часа пятнадцать минут. Я дам шефу транзистор, шеф поедет домой, а я с этой минуты смогу рассчитывать только на трамвай. Путь из предместья Б в предместье А (через всю Прагу) на трамвае длится пятьдесят минут. Если я выеду из предместья Б в четыре часа пятнадцать минут, я застану словачку около половины пятого, почти вовремя, в то время как на заседание первомайской комиссии я бы приехал с пятнадцатиминутным опозданием, не меньше, а это почти то же, что не прийти совсем.
Если бы я захотел вовремя явиться на комиссию, я должен был бы лишить своего шефа (человека, который так много для меня сделал!) его радости, что решительно противоречит моим представлениям о человеческих отношениях. С другой стороны, эта человеческая обязательность вовсе не противоречит моему свиданию на Вацлавской площади.
9
Сначала все шло точно по расчету. Мы выехали из больницы в четыре часа. В дорожной беседе я затронул несколько тем: высказал свою точку зрения на терапевтические методы Бухничка, коллеги шефа, отрицательно отозвался о программах чехословацкого радио и осудил состав национальной сборной по футболу.
Товарищ главный также коснулся нескольких тем: он высказался отрицательно о программах чехословацкого телевидения, разругал coстав национальной сборной и в конце дважды напомнил мне о добросовестном отношении к общественной работе.
Через пятнадцать минут, заполненных таким образом, мы очутились перед моим домом. В эту минуту в моем мозгу всплыла картина, от которой кровь бросилась в лицо: я увидел свою связку ключей, висящих на одном маленьком ключике (чтоб его черт побрал!) в ящике стола моего кабинета в больнице. Я сунул руку в карман: он действительно был пуст.
- Так вы дадите мне транзистор? - напомнил мне шеф, видя, что я не двигаюсь с места.
- Нет, - сказал я и объяснил ему, что забыл в больнице ключи.
Шеф заявил, что обратно он не поедет и что придется (волей-неволей) идти в гости. Он подал мне руку и сказал:
- Ну, ничего, по крайней мере подвез вас домой.
Он уехал, оставив меня стоять перед закрытой дверью квартиры.
10
Сколько раз я говорил себе в те дни, когда встречал Тржишку, что разумнее не сражаться за дело заранее проигранное, а лучше отправляться сразу домой, ложиться в постель и читать какой-нибудь детектив. Ведь маловероятно, чтоб подо мной начала прыгать кровать либо под обложкой детектива по вине типографии вдруг оказался бы отчетный доклад профсоюзного съезда. Но в возможности попасть домой в эту минуту мне было отказано. Меня высадили перед моей квартирой, но я не мог попасть внутрь, и ничего не оставалось, как покориться Тржишке и идти (с грустной гордостью затравленного) до самого конца сужденных мне неприятностей.
Я пошел на остановку. Трамвай, идущий на Вацлавяк, пришел с пятиминутным опозданием. Он был набит до отказа, так что мне пришлось повиснуть на поручне, упираясь ногой в край ступеньки. Кондукторша раскричалась и хотела меня выбросить. Три остановки мне все-таки удалось проехать. На четвертой кондукторша обозвала меня невоспитанным типом, и я капитулировал, но сразу повис таким же образом на поручне прицепного вагона. Наверху, на Вацлавяке, выходило много народу. Мне пришлось покинуть ступеньку. Тем временем на площадку набилось столько новых пассажиров, что когда трамвай снова тронулся, для меня не осталось ни кусочка места, и после тщетной попытки за что-нибудь уцепиться, я остался стоять на остановке...
Часы напротив показывали без малого половину пятого. К пассажу "Альфа", где была назначена встреча, отсюда пешком было около пяти минут. Сверху не шел ни один трамвай. Мною овладело беспокойство. И я пустился вниз по левой стороне широкой улицы, называемой Вацлавская площадь; я быстро шел серединой тротуара, проклиная в душе людей, которые так густо копошатся здесь и идут так медленно, что спешащий человек вынужден обегать их извилистой дорогой.
И тогда - почти в двадцати метрах перед собой - я увидел ее; другую женщину. Она шла, как и я, серединой широкого тротуара, шла снизу мне навстречу. Детали её одежды и лица туманно сохранились в моей памяти - её общая призрачность поглощала любые детали. В памяти моей осталось лишь самое главное: это была старая дама, немного сгорбленная, в коричневом пальто, в шляпе, скорее всего старой и ветхой, но сидела она на ней как знак какого-то достоинства или сана. Во всей её походке было нечто упрямо стремившееся к этому достоинству: она шла серединой тротуара, шла медленно (наверное, немного прихрамывала, но, несмотря на это, шла так, словно за ней шествовала невидимая военная колонна и она её вела).
В её руке была трость. Деталей не помню, но, пожалуй, на конце была резиновая насадка и эта трость была связана с её хромотой. Возможно, это была вовсе не трость, а какая-то короткая палка или плотно свернутый зонтик. Я действительно не присматривался к этим деталям, потому что внимание мое поглотил призрачный вид этой женщины, которая - о ужас! пристально смотрела на меня и приближалась так, словно хотела меня своей палкой (своим жезлом) ударить. Расстояние между нами сокращалось с мучительной неудержимостью, и я все более убеждался, что эта сгорбленная женщина действительно смотрит на меня и страшно возмущена мною. Когда мы сблизились на два шага, она сделала энергичное движение палкой. Сначала мне показалось, что она хочет ударить меня, но палка описала небольшой круг, не касаясь меня, и направилась своим концом к тротуару. Женщина скомандовала:
- Держаться справа!
Мне пришлось быстро отступить в сторону, чтобы с ней не столкнуться. Старуха даже не замедлила шага, не оглянулась и продолжала двигаться дальше, вверх по Вацлавской площади.
11
Я понял, что очутился в плену мифологии. Женщина казалась существом с того света, старой матерой вдовой, озлобленной на весь мир, в котором осталась одинокой. Как и во всех женщинах, было в ней что-то от Мессии: она не смогла спасти своего покойного мужа, но теперь хочет спасти все человечество. Она ежедневно выходит на улицу, идет, строго придерживаясь мысленной средней линии тротуара, и внимательно следит за людьми - идут ли они туда, куда должны. Она удовлетворена, когда оба противоположных течения на тротуаре движутся рядом, едва касаясь, но в ней пробуждается гнев против каждого, кто этот великий уличный порядок нарушает.
Хотя она не в своем уме, наверняка это женщина совсем обычная, реальная. И вместе с тем (в скрытом плане) она - мифологический страж Порядка (этой силы, так глубоко враждебной мне). Она двойственна, как сам этот мир, который обращен к нам своей внешней стороной, в то время как его второе лицо, полное таинственного значения, от нас скрыто.
Когда я понял, что после мифологического почтальона меня сейчас (в один и тот же день!) навещает очередной посланец, мне стал ясно, что больше нет оснований надеяться на что-то хорошее.
К счастью, подумал я, уже не о чем беспокоиться. Еще ни разу не случалось, чтобы в те дни, когда я встречал Тржишку, дама, с которой у меня было свидание, действительно явилась. Я продолжал путь только потому, что хотел убедиться (ибо день встречи с Тржишкой - это день подтверждения), что мифологические силы существуют и что на условленном месте у "Альфы" меня никто не ждет.
Но произошло нечто гораздо более тревожное: хотя я опоздал почти на десять минут, словачка стояла у пассажа.
12
Я остановился, не готовый подойти к ней; меня охватил страх. Я встал так, чтобы она меня не заметила, но сам из-под прикрытия движущейся толпы мог её хорошо видеть.
Она уже начала проявлять нетерпение, оглядывалась по сторонам - но так, чтобы не бросалось в глаза, что её заставляют ждать. Мое вчерашнее впечатление подтвердилось: она была красавицей (длинные ноги, высокая шея, гордый изящный носик и очень светлые волосы). Словом, обольстительна. Я уже хотел подойти к ней, но в это мгновение внезапно понял: она обольстительна, да, но обольстительна, как западня, ловушка.
Ведь ещё никогда мне не удавалось в день встречи с Тржишкой начать что-то новое. Если это должно произойти сейчас, какой подвох будет в этом знакомстве скрываться? Ведь и те женщины, с которыми я знакомился без тржишкиного предзнаменования, принесли мне гораздо больше забот, чем радости. Незамужние пугали меня угрозой беременности, замужние - угрозой неприветливых мужей, а больше всего я боялся влюбленных: их непредвиденных поступков, их бестактности и бесцеремонности, освященной чувством. Да, конечно, у меня с ними было много хлопот, но что эти все хлопоты и беспокойства в сравнении с теми, которые, без сомнения, уготованы мне этой женщиной, посланной Тржишкой?
Словачке уже не стоялось на месте, она сделала несколько шагов, остановилась у витрины, делая вид, что рассматривает товары. Я не мог не отметить, как красивы её ноги именно сзади. Но даже эти ноги не могли остановить хода моих мыслей.
Больше всего меня поразила та подозрительная жертвенность, с какой словачка ждала меня уже четверть часа. Легкость, с которой она согласилась на свидание, тоже, собственно, малообъяснима. Я ведь не настолько самоуверен, чтобы считать, что женщина с такой роскошной шеей и с таким гордым носом вдруг внезапно поддалась какому-то моему личному очарованию. Очевидно, есть более основательные причины, заставившие её заняться мною. Что если словачке кто-то поручил злоупотребить моей известной слабостью к женщинам? Что если о нашем свидании кому-то известно? Что если меня кто-то пытается застигнуть со словачкой врасплох? Что если она замужем и обнаружение нашего свидания приведет к скандалу? Что если меня кто-то хочет таким скандалом запятнать? Либо - что ещё хуже - заставить меня служить тем, кто занимается компрометацией других, и я сам потом буду вот так ожидать невинных людей?
Словачка сейчас отвернулась от витрины и снова осмотрелась (я вынужден был сделать полшага в сторону, чтоб она не заметила меня), потом незаметно посмотрела на часы; я понял, что больше она ждать не будет и у меня остались последние секунды, чтоб подойти к ней.
Но я пропустил эти секунды. Так же неброско, как и до этого, она повернула сейчас в сторону Моста и медленно, беззаботно пошла вниз по Вацлавской площади. Я снова сделал полшага влево и через секунду вправо, чтобы посмотреть еще, как она уходит: ещё были видны мелкие линии её фигуры, движение рук при ходьбе, потом только розовый цвет пальто, потом лишь мелькание её золотистой головки, потом уже - ничего.
13
И снова я стоял на остановке. Потом пришел мой трамвай, почти пустой; я вошел, с удивлением глядя на свободные места, сел, пытаясь думать о доме, но ноги словачки не выходили из головы.
Я стал упрекать себя в трусости, задавать самому себе вопросы:
Отступил бы я перед словачкой, если б свидание было вчера, а не сегодня? (Конечно, нет). А пришли бы мне в голову вчера либо завтра все те мысли, которые овладели мною сейчас? (Едва ли). Была ли словачка вчера иной женщиной, чем сегодня? (Нет). Почему же она должна была быть для меня опасной сегодня, а вчера и завтра нет? (Не знаю). Влияет ли Тржищка в таком случае отрицательно на объективные обстоятельства моей жизни либо скорее на мою субъективность, на мои мысли? (Скорее на мои мысли). Почему же тогда я не воспротивился минуту назад тржишкиному влиянию, дал себя смутить и не завладел этой красивой женщиной, которою без колебаний завладел бы вчера и которая сейчас безвозвратно растворилась в толпе?
По моей душе ходили длинные ноги словачки. Я вышел из трамвая, подошел к своему дому, поднялся на третий этаж. Только у двери я вспомнил о ключах, забытых в больнице. Я снова спустился и снова стал ждать трамвая. И мысленно продолжал рассуждать:
Ну, ладно. Из-за Тржишки я сегодня рассуждаю иначе, чем рассуждал бы вчера или завтра. Но если я рассуждаю иначе, значит ли это - хуже? Нелогична ли мысль об опасности словачки? (Нет, она логична и опирается на большой опыт). Так что же с Тржишкой связано - помутнение или прояснение рассудка? Что более соответствует подобию мира, в котором я живу: этот будничный, легкомысленный образ, который я создаю в обычные дни, либо этот сегодняшний, особый образ? Какой из них настоящий? Какой из них лишь видимость, а в каком - сущность?
14
Подошел трамвай - в этот раз переполненный. Я продрался внутрь вагона, ухватился правой рукой за кожаный ремешок, оперся головой о руку и смотрел в окно на проплывающие дома.
Я понимал, что сегодня я уже не найду покоя. Через пятьдесят минут я буду в больнице, ещё через пятьдесят минут - дома. Но едва ли удастся завалиться на диван с детективным романом. Надо ещё придумать, как объяснить неявку на первомайскую комиссию. Это будет нелегко, ведь сегодня в течение дня я перебрал все возможные отговорки и ни одна из них не стоила ничего.
Если бы дело заключалось только в том, чтобы оправдаться перед товарищами из комиссии! Хуже другое: наверняка завтра старшая сестра злорадно заявит нашему главному, что со мной "невозможно работать" и что главврачу "стоило бы задуматься над моральным обликом своих врачей". Что я скажу главному?
Сказать, что заболел? Так он же видел меня за пятнадцать минут до начала заседания. Соврать, что мне надо было на похороны дяди Войтеха? Так мы в машине весело болтали и ни о каких похоронах не было даже намека. Или сказать, что я "просто забыл"? Так он в этот день несколько раз напоминал, чтоб я посещал заседания комиссии!
Как ему это все объяснить? Ведь он теперь, конечно, рассердится и отвернется от меня! А я ведь вишу на волоске, и мне так необходимо его расположение! Ведь он моя единственная защита! Единственная!
В эту минуту в моей голове снова возникла тржишкина фигура; я видел, как он сидит на стуле с закатанными до локтя рукавам, и мне пришло в голову, что он нечто совершенно иное, нежели вестник невезений, каким я его считал, когда смотрел близорукими глазами этого обманчивого мира; но если посмотреть понимающими глазами, - действительно ли то, что я называю невезеньем, является невезеньем? Так ли уж исключительно в моей жизни нынешнее стечение обстоятельств? Нет, ведь оно уже издавна принципиальная, неизменная, настоящая ситуация моей жизни. Я сам не осознаю этого как следует, ибо она скрыта от моего сознания кулисой повседневности; живу, не зная, кто я, что я и где я. Но там, на оборотной стороне мира, откуда приходят мифологические вестники, там все известно и предопределено. Нет, Тржишка не вестник неудачи, как я это поверхностно понимал, - это мифологический светоносец, освещающий правду, провозвестник того, что существует действительно (в своей сущности, в своей реальности, в своей необходимости).
15
В трамвай вошли новые люди; их мощная волна протолкнула меня вглубь вагона. При этом я задел колено почтенного гражданина, который оторвал глаза от книги и как-то страшно посмотрел на меня. Толпа сжимала меня со всех сторон, так что я вынужден был остановиться прямо против него. На нем была темно-серая форменная фуражка и какой-то потрепанный (тоже темно-серый) мундир неясного происхождения, мундир (без погон) мог принадлежать стражнику, вахтеру, но также и проводинику, или железнодорожнику, либо, наконец, неизвестному мне учреждению. Мужчина ещё раз оторвал от книги глаза, притененные козырьком форменной фуражки, и посмотрел на меня.
Я представил себе, как он встает, смотрит на меня в третий раз и отвешивает мне пощечину на глазах у всех, потом садится и не отрывает больше глаз от книги.
Что я должен бы сделать в такой ситуации? Сначала мне пришло в голову, что пощечину нужно возвратить. Но это было бы слишком рискованно: он ведь был в мундире, должностное лицо, а оскорбление должного лица в нашей стране строго преследуется. Я понял, что этому человеку не возвратил бы пощечину никогда.
Что же тогда остается? Делать вид, что ничего не произошло; не моргнуть глазом, с каменным выражением смотреть не на него, а в окно? Да, такое факирское спокойствие было бы впечатляющим. Ну, а если бы он повторил пощечину? Что если бы он повторял её так долго, что вынудил бы меня к какой-то реакции?
Тогда я должен бы, пожалуй, ответить на пощечину словами. Что-то сказать. Но что? Нечто остроумное, чтобы и мундира не оскорбить и чтобы все рассмеялись, а я таким образом избежал позора! Но откуда взять так быстро эти остроумные слова?
Я пытался размышлять, напряженно искал достойный ответ на пощечину; и тут я с ужасом почувствовал, что потею, а голова моя отчаянно пуста.

ну и ню

Страницы